Ли только пожал плечами и вдруг спросил:

– А у тебя котенка нет?

– Что?

– Здесь полно кошек, – терпеливо пояснил катаец. – Где можно достать котенка? Мне кажется, Лилиане понравится.

Губы гуаня едва заметно искривились, он не понимал такого отношения к тем, кто не способен был ни на что, кроме произведения потомства. Другое дело союз двух мужчин – это ведь идеальные отношения, где люди равны и могут поддерживать друг друга. А женщины – все равно, что дети, слабые, беспомощные, хотя поглядеть на них порой приятно, и двигаются они изящно. Жена Кьяна Ли ему скорее нравилась. Она была непохожа на глупую куклу, и лицо себе не рисовала, как катаянки, и ходила нормально, а не семенила, едва перебирая ногами.

– С ней рядом спокойно, – неожиданно признался Ли. – К ней хочется возвращаться.

Шань Тайлин только вздохнул, вызвал слугу и велел разыскать ему какого-нибудь котенка, только посимпатичнее.

***

– Ци, – раздалось за спиной Лилианы, и она от неожиданности вздрогнула и рассыпала цветы, из которых пыталась сложить послание по цветочной азбуке, которую не помнила, поэтому на ходу выдумывала сама.

Голос мужа был непривычно мягким и тихим, почти бархатным. Кажется, в их отношениях, наконец, что-то изменилось. Хоть он по-прежнему звал ее Колючкой, звучало это как-то тепло и ласково. И смотрел он на нее по-другому, без привычного раздражения. Может, конечно, виной всему был тот странный вечер, когда они оба будто с ума сошли. У Лили до сих пор от воспоминаний колени слабели. Сегодня он попросил – именно попросил – ее погулять и дать ему поговорить с нужным человеком без лишних ушей. Раньше бы она надулась и ворчала, но теперь просто кивнула и отправилась рассматривать сад, который, к слову, был великолепен. Бабушку бы сюда, она от всяких цветочков с ума сходила. Такой красоты в Степи не растет.

Лилиана улыбнулась, но поворачиваться на голос Кьяна не стала. Ей хотелось, чтобы он дотронулся до нее, но вместо этого ее шеи коснулось что-то пушистое, и под ухом раздался громкий писк. Девушка подскочила от неожиданности и с восторгом уставилась на трехцветного котенка, такого крошечного в больших ладонях супруга. Кьян улыбался. Это было настолько странно, что Лили даже рот приоткрыла. Обычно он был напряжен и хмур, и складки между бровей никогда не расправлялись, и губы были поджаты, но сейчас он улыбался по-настоящему, и девушка невольно улыбалась в ответ, осторожно принимая в руки маленькое пищащее существо.

– Я могу забрать его себе? – робко спросила она.

– Не думаю, – вздохнул катаец. – Нам скоро придется уехать. Мне придется. Я бы с радостью оставил тебя здесь, но, честно говоря, опасаюсь. Здесь совсем не безопасно. Даже в Янгуне и то я буду за тебя более спокоен. Разве что попросить Шань Тайлина за тобой присмотреть… Но я не хочу рисковать.

Несмотря на то, что гуань явно предпочитал мужчин, Ли был совершенно не уверен, что Колючка сладким ядом не вольется в вены этого мужчины. А ну как она захочет продемонстрировать свои боевые навыки или примется с ним спорить? Лили иногда казалась ему мужественнее, чем многие из знакомых парней. Нет, Ли не дурак и свою женщину никому не отдаст.

– Я хочу поехать с тобой, – встревожено вскинула небесные глаза Ци. – Я не останусь тут одна.

– Хочешь, значит, поедешь, – мягко согласился супруг. – Но мы уезжаем не сегодня и не завтра, так что пока это твоя кошка.

– Спасибо, – прошептала Лилиана. – В степи нет кошек, только собаки. А мама не разрешала дома животных держать, да и правильно. Зачем они в городе нужны?

Она осторожно прижимала к груди котенка, а тот громко мурлыкал и тыкался мокрым носом ей в ключицы.

– А как в Степи борются с мышами? – полюбопытствовал катаец, с некоторым трепетом обнимая жену за плечи и увлекая ее к выходу из владений гуаня.

В Катае не принято на людях касаться друг друга. Заниматься сексом на людях не возбраняется – но просто так никто никого не трогает. Кроме Шань Тайлина, демонстративно уставившегося в свиток, здесь никого не было, и поэтому Ли всё же позволял себе вольности, а Лилиану условности и вовсе не волновали, она прижалась к нему и даже щекой о его руку потерлась, чисто как котенок.

– У нас раньше не было мышей, – рассказывала Лилиана. – Мы и зерно почти не покупали, муку было выгоднее. А потом, когда стали злаки выращивать, конечно, и мыши появились, и крысы. Маги кошек привезли, но почему-то они не приживаются у нас. И тогда они придумали змей приручить. Так что в Ур-Тааре вместо кошек ужи.

– Гадость какая, – передернулся катаец. – Хорошо, что я об этом не знал. Кстати, в полях встречаются змеи, будь осторожна.

– Серьезно? – с ужасом спросила Лили. – И ты мне не сказал?

– Ци, змеи – это не проблема, – засмеялся мужчина. – Это добыча. Их едят, из кожи делают украшения, а ядовитых покупают лекари. У нас любой ребенок умеет поймать змею. Я просто не подумал, что ты можешь об этом не знать. А теперь понимаю, что в Степи все по-другому.

– Не так уж и по-другому, – вздохнула Лили. – На самом деле все очень похоже. Даже дома у вас такие же простые, как у нас шатры, и наложниц берут. Ведь берут, Кьян?

– Берут, – согласился Кьян Ли. – Чем богаче и знатнее мужчина, тем больше он имеет право взять жен и наложниц. У Императора, к примеру, семь жен, и это помимо Императрицы. А наложниц он может взять до сотни.

– А у него ничего не сотрется? – хамски спросила девушка.

– Ну… специальные мази есть, – пожал плечами Ли. – Настои для поддержания потенции. Правила всякие, методики.

– А ты… – Лилиана замялась.

– А я никто, – правильно понял ее муж. – Мне одной жены вполне достаточно.