А задумал он наверняка что-то грандиозное. Или как он там обещал? Незабываемое? Если выживем, точно век помнить этот день будем.

– Мия – это ты.

– Исчерпывающий ответ, – криво усмехнулась я, медленно отступая.

Стянув с руки черную шелковую перчатку, которую одолжила у Евы по совету телепата, принялась в раздражении ее мять. Не специально, просто надо было чем-то занять руки, чтобы они не потянулись раньше времени к шее белоглазого шантажиста.

Все же весовые категории у нас разные. Драться с ним я буду, если помощь так и не придет, а пока… поговорим. У нас ведь так, по его словам, много общего.

– Ты сказал на вечеринке, что я твоя женщина. И сейчас опять это повторил. Еще что-то про мой звездолет упомянул. Мы были знакомы в моей прошлой жизни?

– Как оказалось, да. И это все объясняет. А я-то голову ломал, почему ты меня так зацепила, Кристи. В тебе ведь нет никаких талантов…

– Чего это? – возмущенный возглас сорвался с губ прежде, чем я прикусила язычок.

– Я не про твое влияние на роботехнику говорю, – снисходительно улыбнулся ведьмак, медленно идя ко мне. Пришлось притвориться, что я прогуливаюсь по лесу жутких шаров, чтобы выдержать дистанцию. – А про спектр искусств. Для меня он наиболее привлекателен. Исходя из этого, я должен был увлечься твоей сестрой, но именно ты стала моим наваждением. Тогда и появились догадки… которые только что подтвердились. Барсик, хех… Мия, ты не меняешься.

– Чем же тебя так прельщает спектр искусств? – спросила, игнорируя очередную его попытку назвать меня другим именем.

Поддерживая разговор, я продолжала изучать лабораторию, мало походившую на те, что видела в исследовательском корпусе академии. Здесь не было никаких приборов, а пузыри с людьми больше походили на содержимое утробы матери, оплетенное какой-то непонятной хренью.

Правда, силуэты внутри свободно парили, как я в оздоровительном боксе «паука», а не свернулись в позу эмбриона. Да и, судя по размеру, тут были не дети, а вполне себе взрослые люди.

Но… люди ли? Могли ведь быть и клоны. Вдруг это очередной иоширский эксперимент по выращиванию тел для душ, хранящихся в кристаллах, а Темный ангел на самом деле сумасшедший ученый, который работал над поставленной наблюдателями задачей параллельно с моей мамой?

Сколько ему на самом деле лет? Если он иоширец, то счет может идти на века или даже тысячелетия.

– Я вампир, – честно признался Арс. Я даже обернулась, вглядываясь в его глаза в поисках кровавых отблесков. И отблески, действительно, появились, только опять голубые. Такие яркие, что я невольно зажмурилась. – Но в отличие от любителей крови питаюсь чужими талантами.

– Это ты «выпил» солистку «Листопада»?

– Каюсь, не удержался. Светлана была такой…

– Пожалуйста, без подробностей, – скривилась я, но тут же снова спросила: – Почему оставил ее в живых?

– А почему я должен был ее убивать? – состроил удивленное лицо он. – Я же не монстр какой-то. Мои доноры живы и здоровы. Более того, я забочусь о том, чтобы они были счастливы, ведь именно в этом состоянии их творческий потенциал раскрывается в полной мере, и я могу потихоньку тянуть эту силу, насыщаясь сам и не вредя другим.

– Хочешь убедить меня, что ты благодетель? – рассмеялась я, окидывая его недоверчивым взглядом с ног до головы. Как есть демон! Инкуб чертов! Красив и бесконечно порочен. – Скажи еще, что они добровольно тебя подкармливали. Вот только Светлана с этим утверждением вряд ли согласится.

– Не скажу. Я не посвящаю доноров в свои дела. А со Светланой да… переборщил. Слишком разозлился из-за выходки Мел. Она ведь не ее похитить собиралась, а тебя, Кристи. И сном в парке это бы вряд ли закончилось. Разве что мертвым.

– То есть ты за меня мстил, убивая Мелоди? – Вообще-то, по официальной версии, это было самоубийство, но нам с Евой всегда казалось, что в деле бывшей участницы «Стихий» не все гладко. – Она тоже была твоим донором?

– Да.

– Да – убил из мести, – прищурилась я, позволяя ему подойти ближе, – или да – была донором?

– Сама как думаешь? – принялся играть со мной Арс.

Снова! Еще вчера меня бы это позабавило, сегодня же до зуда в пальцах хотелось подкорректировать ногтями его смазливую физиономию, а досталось опять перчатке.

– Думаю, что ты Зло во плоти, которое упорно пытается передо мной обелиться. Вопрос – зачем?

– Я такое же зло, как и ты, Мия, – вкрадчиво произнес он, улыбаясь. – Оглянись. Тебе ничего эти сферы не напоминают?

– Ферму клонов? – предположила я.

– Любопытное сравнение, – протянул он, погладив тщательно выбритый подбородок.

И опять глаза его наполнились лазурью, но лишь на мгновение.

– Что с твоими радужками?

– А что с ними?

– Они мигают голубым. Ты, часом, не киборг какой-нибудь? Вы, иоширцы, все наполовину квазары, на вторую – ведьмаки, а на третью – вампиры. Только пристрастия, как выяснилось, у всех разные. Учитель мой, к примеру… – Я чуть не брякнула про эмоциональную зависимость генерала, но Арс перебил.