Аделин наклонилась надо мной, глядя своими беспощадными глазами, как на мусор. Я снова задергалась, но веревки держали крепко.

— Это я травила тебя, как охотник травит дичь, — прошипела королева.

Как и в ситуации с Хрусталевым когда-то, после первого потрясения во мне проснулся гнев и желание показать свою гордость.

— Любопытно, чем вызвана такая крепкая одержимость. Хотя, знаете, могу предположить, что все дело в моей матери. До меня дошли слухи, что ваш супруг испытывал к ней теплейшие чувства. Неужели даже спустя столько лет после ее смерти вы до сих пор испытываете зависть? Ревнуете к женщине, которая ушла, сделав свой образ идеальным и недосягаемым? Неужели крол до сих пор ее любит?

Аделин побледнела.

— Ты! Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! Откуда тебе вообще это известно?

— Не уходите от ответа, ваше величество.

Женщина наклонилась надо мной, больно хватая за волосы. Когда ее лицо приблизилось к моему, я увидела жуткий огонь в зрачках.

— Хочешь знать правду? Ты — дочь подстилки, которая забыла и о своей чести, и о долге перед мужем! Я избавилась от Танильдиз, думая, что твои родичи позаботились о тебе, но они оказались бестолковыми слабаками, и ты вернулась спустя тринадцать лет, чтобы отравить жизнь моей дочери, поставить под угрозу доброе имя сразу стольких благородных семей!

— Подождите, я могу понять вашу злость из-за принцессы Касии, хотя мы с господином Ясногоровым расстались сразу, как он мне рассказал о своей невесте. Но при чем здесь все остальное?

И только тут до меня дошло. Она сказала, что избавилась от моей мамы, но ведь она умерла во время родов! Так сказал Артемий, хотя… Он ведь отсутствовал в тот момент, помчался спасать меня, когда Рустемзаде отправились в наше воеводство за мной!

— Отрадно наблюдать, как на твоем лице эмоции сменяют друг друга! — со злобным торжеством рассмеялась Аделин. — Я отравила Танильдиз, поэтому роды начались раньше срока, но шансов у них с ребенком не было.

— Тварь! — воскликнула я, потеряв самообладание. — Убийца! Отец узнает, они все узнают правду! Вас осудят!

От пощечины зазвенело в ушах.

— Знай свое место, дрянь! Ты сдохнешь здесь, и кислотные воды навсегда скроют любые следы твоего недостойного существования!

Она собиралась растворить меня в Мертвом море?!

— Вы с ума сошли! Можете ненавидеть мою мать, но я также дочь Артемия Круторогова, лучшего друга вашего мужа! Наш род не простит вам этого, начнется новая кровная месть.

Королева покачала головой.

— Я делаю это в том числе ради Артемия. Твой резерв может пробудиться в любое время, и это погубит всех нас. Если бы Яман Рустемзаде убил тебя тринадцать лет назад — сейчас все было бы прекрасно, но он подвел меня, и заставил исправлять его ошибки. Но да я готова взять еще одну жизнь на свою совесть, чтобы окончательно закрыть эту главу в нашей жизни.

Ну где же мой резерв, когда он так нужен? Почему от поцелуя Конрада он проявился, а при смертельной опасности — спокойно себе дремлет! Я же чувствовала, как родовой резерв струился по моим венам, как эти невероятные частицы пропитывали меня изнутри, подготавливая к будущим изменениям. Мне же так страшно, и именно сильное чувство вроде страха позволяет ему пробиться наружу. Получается, прикосновений принца я боялась больше, чем смерть в кислотных водах?

Стоило об этом подумать, как тепло разлилось по всему телу, принося уверенность и успокоение. Со мной никто не занимался в управлении силой, но я много об этом читала, и представила, как частицы группируются вокруг запястий, и осторожно разрезают веревки. Невероятно… резерв послушался! Тугие путы действительно опали! Кровь начала поступать, и руки заболели, но я перенаправила поток частиц силы, чтобы они облегчили страдания. Снова сработало!

— Что происходит? Вы чувствуете? — удивилась Аделин, повернувшись к служанкам.

А потом она посмотрела мне в глаза, и на этот раз ее лицо исказил ужас.

— Ты обрела свое наследие, — прошептала она на грани слышимости.

Медлить было опасно, поэтому я призвала резерв, собрала в одной точке, и мысленно представила взрыв: полупрозрачная энергия вырвалась из моего тела, разметав в сторону дракониц. Я же вскочила на ноги, и побежала. Было бы неплохо взлететь, но рисковать не стала, зная, что случается с неопытными драконами при неудачной трансформации. Даже если одна из дочерей крола не справилась, то что говорить обо мне, еще в такой ситуации.

Яростный вопль за спиной заставил вздрогнуть, но я продолжала бежать, прекрасно видя в темноте благодаря обострившемуся зрению. Лишь бы оторваться, лишь бы встретить хоть кого-то, и Аделин не посмеет напасть. Где же отец, где Аглая, служанки, мой жених? Я пропала, меня похитили, вот-вот убьют, а они занимаются в Сколлкаструме своими делами!

Гибкая тень мелькнула по земле. Королева приняла драконий облик, и быстро нагнала меня: золотистая драконица приземлилась впереди, глядя пылающими ненавистью глазами с вертикальными зрачками. Грозный рык огласил округу, и она рванула ко мне, перехватывая за туловище лапой. Как же это было больно! Меня словно зажали в тисках, я пыталась вырваться, но против мощной туши мой резерв не помогал. Аделин набрала высоту, стремительно приближаясь к Мертвому морю.