— Понимаю. После пары таких неудач он может перейти к более радикальным способам. Исключит нас с матерью не только из рода, но и из этой жизни.

— В твоих глазах он выглядит каким-то маньяком! — с оттенком возмущения говорит Алексей. — Будь уверен, на такие меры он не пойдёт.

— Как знать. Не стоит утруждаться, ваше сиятельство. Временное изгнание я смогу пережить. Главное — не допустить, чтобы что-то случилось с князем.

— Пока мы сделали всё, что могли. Я буду держать ситуацию под контролем.

— Да, — киваю. — Я тоже.

— Снова поражаюсь твоей выдержке, — Алексей улыбается. — Многие взрослые мужчины на твоём месте впали бы в панику.

— Мне некогда паниковать. Надо работать.

Остаток дня проходит так же беспокойно, как и его начало.

Мне приходится ответить на десятки звонков. Различные СМИ просят дать дополнительные комментарии. Неизвестные угрожают, требуя заткнуться и перестать общаться с этими самыми СМИ.

Дело рук Юрия, полагаю. Дед Алексей пишет, что он в ярости оттого, что мы дали интервью в прямом эфире.

Звонит Ольга и спрашивает, может ли она чем-то помочь. Увы, нечем.

Звонит даже графиня Белозерская и обеспокоенным тоном спрашивает, как дела у князя. Не знаю, почему она вдруг о нём забеспокоилась и почему звонит именно мне. Но отвечаю ей то же, что и всем журналистам: идёт операция, прогноз положительный.

Вик сообщает, что нашёл пару надёжных ребят. Бывшие полицейские, он служил вместе с ними. Прошу отправить их к нам, на всякий случай. Раз уж начали поступать угрозы, лучше быть настороже.

Здесь, в больнице, нас никто не тронет, но мало ли.

Ребята вскоре прибывают и знакомятся с нами. Крепкие немногословные мужчины. Вооружены, правда, лишь перцовыми баллонами и травматическим оружием. Чтобы купить им огнестрел, надо официально оформить их как гвардейцев. Пока что они просто наёмная охрана, без какого-либо законного статуса.

Это займёт какое-то время. Виктор уже подал заявление, но даже с его знакомствами оформление займёт день-другой.

Ладно, травматы всё же лучше, чем ничего.

В какой-то момент мой телефон отказывается принимать дальнейшие звонки и отключается. Поставив его на зарядку, я неожиданно для себя засыпаю, сидя на диванчике в рекреации. Прихожу в себя, когда мама вдруг начинает трепать меня за плечо:

— Саша, врач пришёл!

— Что? — оглядываюсь по сторонам и никого не вижу. — Какой врач?

— Операция закончилась. Он уже там, — мама кивает в сторону комнаты, где находятся Грозины.

— Идём, — я встаю и беру её за руку. — Парни, за мной.

Тяну маму в сторону комнаты. Наши новые охранники молча топают следом.

Удивительно, но на этот раз не слышу от матери обеспокоенных речей в духе «нас же не пустят».

Такие мысли наверняка крутятся у неё в голове. Но она хочет знать, что с её отцом, поэтому сохраняет внешнее спокойствие. Хотя и плохо получается.

— Доступ закрыт, — казённым тоном сообщает боец Династии, когда мы подходим к дверям.

— Слушай сюда, рядовой, — твёрдо говорю я. — Перед тобой дочь и внук князя. Мне плевать, какой приказ отдал тебе княжич Юрий. Мы зайдём и выслушаем врача, а потом уйдём. Вопросы есть?

— Доступ закрыт, — повторяет солдат. Будто робот, честное слово.

— Ты меня вообще услышал?

— Да. Не могу вас впустить.

— А я пройду. Как ты меня остановишь?

— Просто не дам войти, — хмурится боец.

— А я всё равно буду идти вперёд, — подхожу к нему вплотную, почти нос к носу. — Что ты сделаешь? Оттолкнёшь меня? Ударишь? Наставишь автомат?

— Может быть.

— Последствия тебе не понравятся. Вот смотри.

Выхватываю пистолет из кобуры на поясе солдата. Зря он дал мне подойти так близко.

Щёлкаю предохранителем и приставляю дуло к лицу династийца. Тот благоразумно не шевелится, только тоже снимает автомат с предохранителя.

Мама взвизгивает. Наши охранники заслоняют его собой и выхватывают травматы. Второй династиец отпрыгивает на шаг и вскидывает своё оружие:

— Брось пистолет! Быстро!

— А то что? — спрашиваю я, искоса глядя на него. — Выстрелишь? Твоего товарища я всё равно успею прикончить. Тебе тоже недолго останется. Сам понимаешь, за убийство члена рода тебя казнят.