— Неплохо развлеклись, — согласился Хха, у которого тоже болело так, что ноги вместе не сдвинуть.

Си засмеялась, потом закашлялась, сказала, чтоб воду подал — под наклонным столом оказался припрятан почти полный кувшин, и наверное, без тараканов. Хха наблюдал, как она пьет — наверное, ни одна баба не смогла бы красиво пить после такого натягивания. Нормальные леди, те или бы прокляли, или убить попытались. У безумия есть свое преимущество — этакая надежная броня бесчувственности, куда там кольчугам королевских стражников.

— Ты словно и не висела. Волосы в порядке, не слиплись и лежат красиво. Я вообще не видел, чтобы ты причесывалась. Тоже магия? — спросил Хха не совсем то, о чем думал.

— Хозяин умел делать себе красивые вещи. Он щедро меня одарил, — ответила сумасшедшая, без нужды поправляя витой локон, ниспадающий на щеку. — Лорд Дагда уже не чувствовал себя здоровым, когда я была готова, и не уделил мне настоящего внимания. Я буду жалеть об этом всю жизнь, но все равно ему благодарна. Таких, как я, больше нет!

— Это верно, — кивнул не-шаман. — Сколько в тебе дарковской крови?

— Ты наслушался сплетен или что-то учуял? Не знаю, сколько во мне дарка. Наверное, одна шестая. Но я никогда об этом не думала. Ты слишком любопытен, маг-коновал. Пойдем, тебе нужно отдохнуть перед мытьем пробирок.

Судя по походке, отдых требовался Си даже больше, чем любовнику. Но ее дневные заботы начинаются куда позже трудов мага-пробирочника.

— Воду возьми, я захочу пить, — указала шмонда. — Пойдем другим путем, ты как раз спрашивал о костях.

О платье она забыла, хотя находиться в Подвалах без развлечений было несколько сыровато. Хха нес лампу и кувшин. Остановились над скелетом.

— Это собака, — объяснила Си. — Хозяин разводил замечательных псов. Когда все случилось, часть собачек перебили одноглазые, другие псы начали дохнуть от тоски. Без леди Атры здесь многое изменилось.

— Жаль. Интересные были звери, — не-шаман вновь оценил кости.

— Еще бы! Все умели, — девушка с сожалением смотрела на давние останки.

Проход стал труден, завалы подгнивших брусьев и бесчисленных разобранных решеток вновь и вновь преграждали путь. Хха уж хотел намекнуть, что прежний путь был получше, как любовница указала:

— Здесь. Дверь в углу за решеткой, но открывается отсюда. Лорд Дагда был мудр, всегда имел запасные проходы.

Хха посмотрел на темную камеру: часть ее загромождали кое-как сложенные пролеты деревянных решеток, металлическая дверь приоткрыта, наружные прутья тоже топорщились ржавчиной. Не жалеют здесь железа, а потом о вырождении начинают толковать.

— Посмотри там, в углу, скажешь, когда дверь начнет открываться. Фонарь мне отдай, я метки без него не найду, — девушка вяло забрала фонарь и начала ощупывать завитки на решетке.

Входить в ржавую темноту Хха не хотелось. Но иногда женщинам нужно уступать, а то они опять бесполезно и бесконечно глупить начнут.

Хайова оперся кувшином о деревяшки сложенных решеток, перебрался через них к углу. Подошвы сапог начали утопать в мягком — как будто под ногами речной ил подсыхал. За спиной визгливо заскрипела решетка — светлокожая тень изо всех сил налегала на решетчатую дверь. Не-шаман прыгнул к двери… немного не успел. Едва не сломав любовнику пальцы, Си захлопнула решетку, ловко прижала дверь коленом, сунула в петлю дужку дорогого замка. Звякнуло хорошо смазанное железо….

— Замок откуда? — поинтересовался Хха.

— Из пыточной. Не только лорд Дагда был мудр, но и сделанные им вещи иногда ловко соображают, — девушка потирала оцарапанное о решетку колено.

— Зачем? — коротко спросил хайова уже не о замке.

Си откинула с лица локоны:

— Я хочу тебя, коновал. Но ты обо мне не думаешь. Значит, ты думаешь о своей пустыне. И ты настолько презираешь меня, что смеешь прямо говорить, что там, без меня, лучше. Неужели я столь глупа, чтобы позволить тебе уйти? Я хочу тебя здесь.

— Коновалы на привязи теряют свое былое желание развлекаться, — с угрозой напомнил Хха.

Девушка улыбнулась:

— Да, приучить тебя будет сложно. И я потеряю в удовольствии. Но лучше потерять часть удовольствия, чем упустить всё удовольствие. Впрочем, думаю, ты привыкнешь. Ведь лишь мой приход, и пища, которую я принесу — станет твоим единственным развлечением. Сюда годами никто не заглядывает, глупый колдун.

— Я понял, — кивнул не-шаман. — Но и ты глуповата, Си. Это я говорю мягко.