— С ним разберутся позже.

— Пожалуйста, не делай глупостей.

— С тобой я тоже разберусь, за то, что ты мне соврала.

— Я боялась твоей реакции.

— Теперь можешь бояться последствий.

— Я понятия не имела, что он придет туда.

— Я вышибу из тебя жизнь, прежде чем позволю другому мужчине овладеть тобой и прокляну нас обоих.

Арт

Ее лицо бледнеет от моих резких слов, но Син должна понять, что, если будет продолжать дурачить меня, это приведет к тяжелым последствиям. Я въезжаю на подъездную дорожку большого дома.

— Где мы?

— Пошли, — я вышел из машины.

Когда мы заходим внутрь, я смотрю, как Син осматривает просторную гостиную.

— Я только что оформил бумаги на этот дом.

— И для чего ты собираешься его использовать?

— Я купил его для тебя.

Она поворачивает голову в мою сторону.

— Я не могу его принять.

— У тебя есть тридцать дней, чтобы освободить квартиру.

— Я не подавала уведомление.

— Ничего страшного. Оно уже отправлено от твоего имени.

— Ты, наверное, заплатил целое состояние за этот дом.

— Цена не сыграла никакой роли в моем решении о покупке. Дом удобен для Себастьяна. У него будет своя комната, большой задний двор с бассейном, и он всего в квартале от его школы. Ты же хочешь для него лучшего. Я позабочусь о том, чтобы у него это было.

Она смотрит на меня, пытаясь расшифровать смысл моих слов.

— У твоей матери тоже будет комната, и есть гараж на две машины, так что, когда она купит машину, там будет место для нее. Хочешь посмотреть?

— Да.

— Как видишь, он полностью меблирован.

— Кто выбрал все эти вещи?

— Я, с помощью декоратора. Я заменю все, что тебе не понравится.

— Все замечательно, и вообще я не привередлива в таких вещах.

Глаза и улыбка Син становятся все шире с каждой комнатой, которую мы проходим. Она бросается мне на шею.

— Спасибо тебе огромное за это! И мама, и Себастьян будут так рады! — Она отпускает меня и бежит по коридору в главную спальню.

От вида ее счастья у меня щемит сердце.

— Это все твое, — произношу я, входя в спальню.

Для Син не пожалели никаких средств. Вся обстановка из белого мрамора.

— Ты действительно думаешь, что мне нужно трюмо? — Она смеется.

— Декоратор заверил меня, что трюмо — обязательная вещь для всех женщин. — Я ухмыляюсь.

— Но я не похожа на других женщин.

— Нет, еще нет.

Я поднимаю Син и бросаю на кровать. Тревога на ее лице делает мой член тверже.

— Разденься и повернись на живот. — Я расстегиваю свой кожаный ремень и снимаю его.

— Зачем? — Ее глаза настороженно следят за моими движениями.

— Пришло время твоего наказания.

— Нет.

Она переворачивается и пытается переползти на другую сторону кровати, но я хватаю ее за лодыжку и тяну назад. Запрыгиваю на кровать и сажусь ей на спину, лицом к ее симпатичной попке. Син машет руками и ногами, но оба понимаем, что ее усилия бесплодны, она ни за что не сможет сбросить меня.

— Ты слишком тяжелый. Я не могу дышать, — пыхтит она.

— Перестань бороться, и все быстро закончится.

— А как же моя татуировка? Она все еще заживает!

— Очень жаль. — Я обнажаю ее попку.

— Арт, ты не можешь обращаться со мной как с гребаным ребенком! — Она выгибается подо мной.

— Прими свое наказание как подобает. — Я взмахиваю рукой в воздухе и бью ее изо всех сил.

— Ты гребаный засранец! Я тебя ненавижу!

Син проклинает меня и обзывает всеми ругательствами на английском языке. Я удовлетворен, когда кожа ее воспаленной задницы становится ярко-красной. Швыряю ремень на пол, затем слезаю с нее. Она садится, кромсая мою кожу своими острыми ногтями. Кричит от ярости, когда я срываю с нее футболку. Впивается зубами в мое предплечье и сильно кусает. Я захватываю ее челюсть и сжимаю, пытаясь оторвать от себя.

— О, ты хочешь грубой игры. — Я стаскиваю с нее кроссовки.

— Ублюдок! — Син начинает колотить кулаками по моей груди.

Я толкаю ее обратно вниз и стягиваю с нее джинсы.

— Нет! — кричит она.

— Да, — отвечаю я, раздвигая ее ноги.

Она бьет меня по лицу. Одной рукой фиксирую ее запястья над головой, а другой освобождаю свой налившийся член. Я тараню ее, не заботясь о том, причиняю ли боль. Горячая киска Син может превратить мой член в пепел. Блядь, ее тело сжимает мой член в тисках.