Свет фонарей всегда воскрешал в памяти ужас 1997 года: мои истошные рыдания в парке, вопль, тяжесть мужских тел, жестокое унижение и их ухмылки. Наверное, все должно было закончиться там, под мигающим светом других фонарей, на другом конце Нью-Йорка.

Я снова пошла вперед. Каждый шаг острой иглой впивался мне в бок. Я тащила свое тело по темной дороге, ведущей к пляжу Рокавей-Бич, который в это время выглядел совершенно пустынным. До восхода оставалось немного: очертания луны начали постепенно расплываться и первые рассветные лучи печально освещали следы на песке. По крайней мере, агент Миллер с помощью следов крови сможет восстановить последние минуты моей жизни. Вот о чем думает та, кого вот-вот убьют: об уликах, которые могут привести к убийце. Следы ДНК под ногтями, кровь жертвы в машине. Когда Итан со мной покончит, он отвезет мое тело куда-нибудь далеко и я навсегда исчезну из этого мира. Останутся только мои статьи, моя история и мои страхи.

Добравшись до конца дороги, я свернула налево и с быстротой, от которой и без того рваные мышцы разошлись еще больше, нырнула в дыру под одним из бетонных строений Форта Тилден.

Никто не просил меня о помощи. Никто не просил меня ввязываться во все это, но что-то внутри кричало, что я должна отправиться на поиски Джины. Не знаю, как я могла не понять. Наверное, моей душе хотелось снова… почувствовать себя в игре. Я подумала про фотографию Джины. Как я была глупа.

Я попыталась найти выход, стараясь не нарушать тишину тяжелым дыханием, рвавшимся из груди. Вместе с ветром до меня донесся шум его шагов. Песчинки впечатывались мне в кожу, как пули отстрелявшей битвы.

– Мирен! – в ярости заорал он. – Мирен! Выходи, где бы ты ни была!

Если он найдет меня, это конец. Если я останусь на месте, умру от потери крови. Я почувствовала, как ко мне подкрадывается сон. Нежное прикосновение ночи. Игра души в моем сердце. Я снова зажала рану. Кончики пальцев ощутили теплое биение крови. Я зажмурилась и сжала зубы, пытаясь утихомирить пульсирующие удары в боку, как вдруг мысль, которую я уже считала безнадежной, заставила снова открыть глаза.

«Беги».

Я выглянула из своего укрытия в поисках выхода, и мой взгляд упал на забор парка Риис. Если мне удастся перебраться через него, я смогу добежать до домов на Рокавуд и позвать на помощь. Однако колючая проволока, окружающая большую часть Форта Тилден, угрожала освежевать меня и выпотрошить все внутренности, если я только попытаюсь перелезть через нее.

Он близко. Я почувствовала не его тепло, а его холод. Его ледяное тело застыло в нескольких шагах от меня, а глаза наверняка с презрением смотрели на мое жалкое укрытие. Божий сын облизывался, глядя на агнца, которого он принесет в жертву.

– Мирен! – снова закричал Итан еще ближе, чем я думала.

И я совершила новую ошибку. В тот самый момент, когда он срывающимся голосом прокричал мое имя, я поднялась и побежала, в последний раз пытаясь уцепиться за жизнь.

Передо мной возник образ Джины, ее печальное прошлое. Я видела девушку так близко, что, казалось, могла погладить ее юное личико, радостно улыбающееся в камеру на снимке, который использовали после ее исчезновения.

Вдруг что-то изменилось. Несколько секунд мне казалось, что Итан отстал. Я вернулась к жизни. Но его тень появилась снова. Силы иссякли. Я с трудом передвигала ноги.

Далекий рокот океана сопровождал меня во мраке.

– Мирен, не убегай! – послышался его крик.

Я с трудом волокла ноги. Песок пожирал ступни. Я перебралась через невысокий забор из обветшалых досок, который ограничивал пляж, и, к своему счастью, вышла на асфальтированную дорогу, откуда увидела вереницу домов с темными окнами, тянувшимися от центра Непонзита.

Я забарабанила в первый дом, пытаясь закричать и попросить помощи, но я так устала, что с моих губ слетел лишь слабый вздох. Почти без сил застучала снова, но внутри, похоже, никого не было. В отчаянии я обернулась, боясь, что увижу Итана, но его нигде не было. Вернулся рев океана. Волна заставила осколки моего духа собраться вновь. Теперь я в безопасности? Я побрела в сторону следующего дома и сразу его узнала. Здесь я наверняка найду помощь. Я побежала так быстро, как только могла, минула колонны на крыльце и бросилась на дверь, стуча в нее костяшками пальцев. Слава богу, внутри зажегся свет.

Мое спасение.

– На помощь! – закричала я с новыми силами. – Вызовите полицию! За мной гонится…

Чья-то рука отодвинула занавеску на дверном окне, и за ним появилось взволнованное лицо пожилой женщины с седыми волосами. Оно показалось мне знакомым.

– Помогите! Прошу!

Она посмотрела на меня с высоко поднятыми бровями и легкой улыбкой, которая, однако, меня не обнадежила.

– Боже мой, что случилось, дочка? – спросила она, открывая дверь. Старушка была одета в белую ночную рубашку. – Какая рана! – воскликнула она ласковым голосом, смотря на мой живот. – Я вызову скорую.

Я посмотрела на свой живот. Красное пятно на рубашке растянулось от бока до бедра. Руки были в крови. Я снова подумала о том, что Джим точно проследит мой путь сюда, хотя будет лучше, если он этого не узнает. Так он будет в безопасности. Так, по крайней мере, один из нас выживет.

– Мне… Мне плохо… – произнесла я.

Дыхание ослабевало. Приготовившись снова заговорить, я сглотнула перемешанную с кровью слюну, но вдруг за спиной раздались шаги. Все случилось так быстро, что я даже не успела обернуться.