Шрифт:
– Простейшее заклинание, Алексей, – прошептал царевич. – Жаль только силы на него тратить. Но приходится. Не бить же его, в самом деле. Ещё преставится…
В темноте было не видно, но Лёха всё равно кивнул.
– Понятно, – пробормотал он, а потом спросил: – Хочешь знать, как они тебя в части будут называть?
– Кто, они? – уточнил принц.
– Ну наши пьяноты ульяновские…
– И как?
– Ну как-как: зёма, земеля, земляк, братан. Короче, будут крутиться возле тебя и всё время скулить. Они ведь бедолаги…
– Сам ты бедолага, – в полголоса рассмеялся Денис.
Лёха тоже затрясся от смеха, но даже звука не издал.
– Всё хотел спросить… – прошептал Алексей.
– Так спрашивай, зёма, – разрешил царевич.
– Вот тебя выгнали из империи, где ты принц и наследник престола… а за что тебя наказали-то? Ты не обормот какой, ты честный, справедливый. Людям помогаешь. Помнишь, как доктора нашего в чувства приводил?
– Такое не забудешь. Помню, – тоже кивнул в темноте Денис.
– Так я и спрашиваю, а за что тебя попёрли из волшебной малины?
– Всё просто, Алексей. Вёл себя отвратительно. Дрался, бражничал, подвергал свою жизнь опасности… В имперском мире – я Великий маг. К тому же, как ты уже понял – наследник престола со всеми вытекающими. Вся власть в моих руках и вся энергия мира со мной. Дефицита энергии не наблюдалось. А в Союзе я в липкий мир не могу спуститься. Силы нет. Не хватает. И негде взять. А если бы была энергия, так неужели б мы сейчас на досках в темноте шептались?
– Хренова, что у тебя энергии нет, – подытожил Лёха. – А найти её можно? Или отнять у кого-нибудь?
– Было б у кого отнять – давно бы отнял. С магией в этом мире беда. Собираю там-сям по капле. Потому и правильный такой стал, – говорил правду царевич. – Возможно, я исправляюсь.
– Да уж-ж… – протянул Лёха и стал погружаться в сон, потому что Денис не пожалел ещё пару капель ценной энергии, отправляя Карпова младшего, отдыхать… Хотя непонятно, зачем называть даже в мыслях – Карпова, младшим? Ведь старшего брата уже нет в живых. Взорвался он, как новогодний фейерверк. Был Видик, да на молекулы распался.
***
В шесть утра ульяновских разбудила команда дежурного рядового.
В открытую дверь Вова Козлов с наслаждением заорал: «Подъём, духи!»
Царевич открыл глаза. Заметил, что все проснулись. Но парни продолжали лежать на своих местах. И только Андрюха подскочил на ноги, держась за сердце, будто закрывал ладонью дыру в груди.
– Ты как? – спросил у него принц.
– Вроде ничего, – боязливо осматривался Андрей и быстро дышал. – Только ничего не помню. Нажрался я, что ли?
Андрюха снова запрыгнул на кровать, нырнул в самый угол комнаты и загремел бутылками. Энергии в нём было в избытке; жаль, что не магической.
– Здесь ещё целый пузырь остался! – обрадовался он. – Давайте, пацаны, махнём, пока капитан не пришёл!
Денис опустил ноги на пол и сказал:
– Вылей в раковину эту пакость.
– Чего вылить? Водку? Ты спятил? – оскалился Андрюша.
– Вылей, тебя говорят! – зло цедил Лёха. – Ты, сука, еле дышишь! Вчера чуть не сдох тут, а всё бухать ему подавай! Дай сюда водяру, я сам выпью! Тьфу ты блять!.. вылью!
Лёха вырвал из рук бутылку и отправился в противоположный угол, где находилась раковина. Провернув единственный вентиль с холодной водой, он сорвал пробку и безжалостно освободил тару.
– Дай нам нормально до части добраться! А там пей, сколько влезет, – приговаривал Лёха, сливая в раковину алкогольный продукт.
В комнате запахло водкой. Парни водили носами. Но Лёху никто не остановил.
Снова открылась дверь. Снова появился дежурный рядовой.
– Хули расселись, душары? Выходим на зарядку. Живее!
Солдат скомандовал и исчез, потому что в длинном коридоре было ещё четыре подобные комнаты, где ночевали – кто сутки, а кто и трое – прочие призывники, которые также не хотели подниматься в такую рань.
На зарядке парни заряжались зевками и сигаретами. Никто не заставлял их бегать, подтягиваться, качать пресс. Безделье и дремота захватили ульяновских парней, разделившихся на две группы.
Андрюша, фамилия которого оказалась Марченко, явно набивался в лидеры коллектива, но его власть была весьма шаткой, поскольку все помнили, как одним ударом Денис отправил Андрея отдыхать до утра. Все помнили резкий выпад царевича, кроме самого пострадавшего.