Как вскоре узнаем, Рауде оказался щедрым. Увидев сумму на экране, я тут же прикидываю, какие из долгов отдам первыми. Однако Арина остается верной себе.

— Даже и не думай пересылать кому-нибудь эти деньги! — Она будто читает мои мысли. — Сценическими костюмами я тебя, конечно, обеспечу. Это расходы босса. А вот для ресторанов, клубов и интервью у тебя ничего нет.

С этими словами она сама возвращает карточку в мой кошелек и буксиром тянет меня к ближайшему торговому центру.

Шопинг с профессионалом оказывается настоящим испытанием. Через четыре часа интенсивных примерок в глазах появляется рябь, а руки путаются в рукавах и лямках. На пятом часу отваливаются ноги, и ломит спина. А на шестом начинает подташнивать от собственного отражения в зеркале.

Не представляю, как уговорить Арину притормозить. Кажется, она готова водить меня по магазинам до позднего вечера. Но возле одного небольшого ресторанчика случается чудо. Она сама вдруг останавливается и предлагает заглянуть.

Столик для двоих освобождается как по щелчку пальцев. Пока улыбчивый администратор, петляя, ведет нас к месту, шустрая официантка уносит посуду и успевает сменить скатерть.

Вроде бы все идеально, но от взгляда на эту девушку меня посещает незнакомое и волнительное чувство. Мы примерно одного возраста и роста. Как у прежней меня, у нее светло-русые волосы, такой же нос, цвет глаз и ноль косметики на лице.

Мы как две версии одного человека: нынешняя Ева и Ева до встречи с Рауде. Звезда с гардеробом от-кутюр и уборщица, живущая в хостеле с проститутками и одевающаяся в секонд-хенде.

От сравнения голова идет кругом. Как сквозь туман я смотрю в меню. Что-то заказываю и вполуха слушаю Арину.

В таком странном состоянии съедаю принесенный салат, ковыряю рыбный стейк. И лишь когда красивый мужчина за дальним столиком начинает целовать руку своей спутнице, резко возвращаюсь в реальность.

Мужчину я не знаю. Вряд ли мы где-нибудь пересекались. А вот женщину узнаю влет.

— Ты словно призрака увидела! — Арина замечает мое изумление.

— Нет, просто засмотрелась по сторонам. — Я резко отвожу взгляд от парочки.

— По сторонам… — Даже не пытаясь скрыть свое любопытство, Арина оборачивается на сто восемьдесят градусов.

По дрогнувшим пальцам я понимаю, что женщину узнала не только я.

— Мне ведь не показалось? Это Ирма Рауде? — Теперь уже нет смысла скрывать мое открытие.

Арина вновь поворачивается к столику. На ее лице нечитаемая смесь эмоций.

— Да, — произносит сухо.

— А этот мужчина…

Мне срочно нужно надавать себе по губам. Арина ведь предупреждала, что Леонас табу для любых разговоров. Однако непонятная злость разъедает изнутри как кислота.

Тот Рауде, который недавно спас меня от нервного срыва и потом полночи учил быть звездой, не заслуживает обмана. Им можно восхищаться, бояться подвести, но вот так, на глазах у других, спокойно предавать…

— Ты ведь помнишь, что я говорила тебе о боссе? — Арина кладет приборы на тарелку и отставляет ее в сторону.

— Прости, — я опускаю голову.

— Молодец. — Взяв кофе, мой стилист делает два глотка и ставит чашку рядом с тарелкой. — Ирма давно живет своей жизнью. Брак Рауде больше, чем просто семья. Это бренд и партнерский союз. Леонас скупает клубы и зажигает звезды, а жена занимается текущими вопросами от ремонта до смены персонала.

— О ней почти ничего неизвестно… — робко спрашиваю я.

— Эти двое вместе лет пятнадцать. Леонасу было двадцать два, когда они поженились. Он был нищим пианистом, а она дочкой банкира.

— Неравный брак?

— Еще какой! Журналисты каждый месяц писали об их разводе. Папаша Ирмы в каждом интервью говорил, что дочь поспешила и он не одобряет ее выбор. — Арина усмехается. — Друзья Ирмы делали ставки на срок их брака. Никто не думал, что влюбленные голубки протянут вместе больше года.

— И все же… они до сих пор муж и жена. — Мне сложно понять, как это возможно.

— Ради жены Леонас бросил музыку, продал родительскую квартиру и занялся бизнесом.

— Клубы?

— Нет, тогда у него не было больших денег. Поначалу это были игровые автоматы. И не в Питере, а на периферии, где нет такой конкуренции. Лео сам закупал оборудование, сам устанавливал и сам решал все вопросы с местными.

— Недавний пианист научился давать взятки и общаться с криминалом? — Я догадываюсь, что Арина имеет в виду.