Айша бросает на меня еще один вызывающий взгляд. Она достает маленький мешочек, который висит у нее на поясе, и открывает его, затем протягивает мне.

— Выбери одну полоску и дай ее мне.

Интересно. Я решаю больше не подразнивать ее и послушно лезу в сумку. Я вытаскиваю маленькую полоску потертой кожи, на которой еще больше странных угольных линий, и протягиваю ее Айше.

— Вот, Клэр, — говорит Айша, протягивая полоску. — Что там написано?

Клэр поднимает глаза и всматривается в клочок шкуры, затем кивает.

— Мэйлак — твой тайный партнер.

Я хмыкаю. Я знаю Мэйлак с тех пор, как она была маленьким комплектом, и мне легко придумать, что ей подарить: новый мешочек для ее любимого чая, капюшоны и ботинки для ее комплектов, новое одеяло, чтобы она могла поделиться им со своей парой, мягкую кожу, чтобы она могла сшить новую тунику для себя…

— Я рад.

— Хм. — Айша не выглядит счастливой. — Это слишком просто. Он должен выбрать другое имя. Клэр, заставь его выбрать еще раз.

— О, но я не думаю… — Клэр поджимает губы. — Это проблема, что это Мэйлак?

— Да, — говорит Айша в то же самое время, когда я говорю:

— Нет.

Я удивлен недовольством Айши.

— Мне нравится Мэйлак, — говорю я. — Я могу сделать ей несколько очень милых подарков.

Айша просто издает недовольный звук и скрещивает руки на груди. Клэр выглядит встревоженной, как будто она вляпалась во что-то неприятное.

— Не волнуйся, — не могу удержаться от поддразнивания я. — Я приготовлю тебе кое-что гораздо более эффектное, Айша.

— Не беспокойся, — говорит она резким голосом, хотя я могу сказать, что мое предложение ей понравилось. — Делай свои глупые подарки целителю. Мне от тебя ничего не нужно.

— Это звучит как вызов, — отвечаю я. — Ты уверена, что тебе ничего не нужно? — Ее ноздри раздуваются, и она облизывает губы, ее язык проскальзывает между острыми зубами. Мой член снова болит. Когда она не отвечает, я продолжаю. — Возможно, я придумаю, что подарить тебе, что ты, возможно, захочешь.

— От тебя? Мне ничего не надо. — Ее голос возвышенный и высокомерный, и она расставляет свои длинные ноги, поднимаясь на ноги грациозным, плавным движением, способным соперничать с любым охотником. — Ты отказался от меня, и мне все равно, что ты делаешь. Пойдем, Клэр. Пойдем посмотрим, занята ли Шорши.

— О, ладно. — Клэр смотрит на меня, а затем снова на Айшу, когда та выходит из хижины, раздраженно взмахивая хвостом. Озадаченная, маленькая человечка собирает свои вещи, рассеянно улыбается мне, а затем спешит за своей подругой.

Я улыбаюсь про себя, забыв о своей работе с кожей, и смотрю, как две женщины уходят. Колючки Айши предназначались для того, чтобы поцарапать, но я не возражаю. Сегодня она была энергичной, жизнерадостной и полной того светлого духа, который я помню. Это радует мое сердце. Я опускаю взгляд на кожаную сумку у себя на коленях, а затем отбрасываю ее в сторону. Если я буду делать подарки для Мэйлак, я сделаю еще лучшие для моей Айши. Она долгое время была соперницей целительницы, и мне нужно заставить ее понять, что нет причин для ревности.

В моих глазах всегда была только одна женщина.

Глава 6

Клэр

Неделю спустя

— Добро пожаловать домой, — говорю я своей паре, когда он отодвигает полог экрана уединения над дверным проемом и неторопливо входит, сбрасывая на ходу несколько слоев одежды. Я люблю своего Эревена, но он немного неряха. Как будто в его голове происходит слишком много всего, чтобы он мог все это вместить, и это выливается наружу по мелочам, например, из-за того, что его волосы всегда кажутся слегка спутанными, или из-за груды одежды, которую он оставляет там, где ее бросает. Впрочем, я не возражаю против этого — я просто рада, что он дома. Прошло три долгих дня и ночи без него. — Начинается шторм?

Он притягивает меня к себе прежде, чем я успеваю поднять его одежду с пола, и страстно целует. От него пахнет потом, и его одежда мокрая от льда, но его поцелуй отвлекает.

— Я скучал по тебе, моя пара, — бормочет он, запечатлевая еще несколько поцелуев на моих губах. — Каждая ночь вдали от дома кажется длиннее предыдущей.

— Тогда тебе будет приятно услышать, что Рокан вернулся в Кроатон на несколько часов раньше тебя и сказал, что следующие два дня погода будет плохой.

Его глаза загораются.

— Это хорошо. Это значит, что я могу провести время в мехах со своей парой.

Я чувствую, как румянец заливает мои щеки.

— Да, это так.

Он еще раз целует меня в лоб, а затем сбрасывает еще один слой меха. Кончики его волос обледенели, а на рогах тонкий слой льда.

— Я с нетерпением жду дня ужасного рагу и не менее ужасных яиц. Скажи мне, у тебя есть что-нибудь поесть для твоей бедной изголодавшейся пары?

Я хихикаю, потому что моя «бедная изголодавшаяся пара» придирчивый едок. Он любит сырое мясо, и это все. Он будет есть и другие блюда, но ему нравится шутить о том, какие они ужасные.