Я пожала плечами. Изначально мне не нравилось его предложение с репетиторством, но, Леша был прав. Как я пойму, что мне нравится, а что - нет, если не попробую? Это было первое занятие не только для них, но и для меня.

– Я не трачу его, - сказала я примирительным тоном. – Я пробую что-то новое. Если ты беспокоишься о том, что тебе пришлось взять меня с собой, то ничего страшного, обратно я поеду на автобусе.

– Черт, - Леша выдохнул и аккуратно взял меня за плечи. – Почему ты такая?

– Какая? – прошептала я, глядя ему в глаза.

– Хорошая, - он сильнее сжал мои плечи и наклонился ближе к моему лицу. – Ты не должна была ей уступать. Ей только это и нужно было.

– Не должна. Но я захотела. Потому что это и для меня тоже впервые. Я не чувствую того, что эти деньги были бы заслуженными.

– Мне не нравится, что ты себя обесцениваешь, - я хотела возразить, но Леша продолжил говорить. – Любой труд должен оплачиваться и твой тоже. И я все еще с тобой не согласен, но это твое решение.

– Мне приятно, что ты так считаешь, - я улыбнулась ему.

– Ты меня убиваешь, плакса, - его руки с моих плеч переместились на щеки. – Я хочу, чтобы и ты так думала. Хочу, чтобы ценила себя.

Он не первый раз мне это говорит. И меня все еще поражает забота, которую он проявляет ко мне. То, что он видит ценность в том, что я делаю, даже если я сама ее не вижу, делает мое сердце еще больше.

Мальчик оказался довольно милым. Он застенчиво отвечал на мои вопросы, вцепившись руками в край своего пиджака. Я тоже так делала, когда волновалась.

У меня не было проблем с тем, чтобы установить контакт с Женей. Я всю жизнь росла с детьми Лисовских и, как мне кажется, неплохо умею с ними ладить. Все было бы еще проще, если бы его мама оставила нас наедине, но она сидела в кресле у окна и не сводила с нас своего прищуренного взгляда. Ни я, ни Женя, не чувствовали себя полностью комфортно, но, как есть.

Я не знала с чего начать занятие. Никогда до этого дня у меня не было подобного опыта. И мне бы следовало подготовиться лучше к уроку. Я до последнего не была уверена в том, стоит ли соглашаться, но Леша «ускорил» принятие решения. Злилась ли я на него? Нет. На себя? Определенно да.

– А ты знаешь алфавит? – я решила начать с самых азов.

Мальчик неуверенно кивнул.

– Это замечательно. Расскажешь его мне?

Женя принялся мне перечислять буквы английского языка, иногда путаясь в них, иногда неправильно произнося. Но, я терпеливо ждала, когда мальчик закончит.

– Очень здорово! Ты такой молодец, - похвалила я мальчика.

Его щеки немного покраснели от смущения и он посмотрел нас свою маму. Та, лишь кивнула ему в ответ. Ни улыбки. Ни чего. Взгляд мальчика снова вернулся ко мне.

– Ты уже наверняка знаешь и некоторые слова, да? – спросила его я.

– Да, - мальчик легонько кивнул головой. – Но немного.

Я кивнула. Отлично. Мальчику было девять лет. В третьем классе мы уже изучали базисные вещи, такие как название цветов, несложные фрукты и легкие текста для перевода. Мне нужно было понять, с чего у него проблемы. Возможно, это чтение транскрипции. Либо же неправильное положение языка во время произношения.

– Отлично. Как ты смотришь на то, чтобы поиграть в игру?

Мальчик пожал плечами.

– Я буду называть слово на русском, а ты мне перевод на английском, как тебе идея?

– Ладно.

– Апельсин?

– Orange, - с готовностью ответил мальчик, слегка проглотив окончание.

– Отлично, - похвалила его я. – Яблоко?

– Apple.

– Клубника?

Мальчик метнул испуганный взгляд в сторону, где сидела его мать, затем опустив голову вниз, пробормотал:

– Я не знаю.

Я взглянула на женщину, сидящую в кресле, которая всем своим видом показывала свое недовольство сыном. Боже.

– Ничего страшного, я уверена ты знаешь множество других слов. Например, как переводится слово красный?

– Red? – неуверенно протянул Женя.

– Все верно. Ты большой молодец.

Я старалась хвалить его как можно чаще, потому что было очевидно, как сильно он не уверен в себе, даже если отвечает верно. И как ему страшно ошибаться перед мамой.

Мне быстро стало ясно, что у мальчика проблемы с транскрипциями, когда я начала писать ему слова на листочке и просила прочитать мне. Он читал, но ударения и произношение были неверными. А это один из самых важных элементов в изучении языка. Мы еще немного почитали и пописали слова и я полностью убедилась в том, с чем у Жени проблемы.