И мы двинули вперед. Прошли метров триста, и тоннель закончился тупиком.

— Будьте начеку! — снова отдал Доджсон бессмысленную в своей очевидности команду. А потом удивил меня снова. — Есть питомцы, умеющие смотреть сквозь иллюзии?

Неужели он не знает, на что способны нурсы группы?! Господи, даже я за время похода успел осмотреть моноклем всех нурсов и выяснить, кто и на что способен. И питомцев, умеющих смотреть сквозь иллюзии, у нас был всего один — закованная в костяную броню обезьяна.

Нурс вышел вперед, осмотрел место, где пропал монстр, сделал пару шагов и пропал. А потом — вернулся.

— Там еще один провал в земле, — объяснил хозяин обезьяны. — Спуск пологий. Как только выйдем за пределы иллюзии, она перестанет действовать.

— От нас прячутся, значит — боятся! — сделал неоднозначный вывод глава общества. — Вперед!

Дыра была маленькой, и нам пришлось отзывать крупных нурсов и нагибаться, чтобы пройти. Мы пробирались дальше по узкому, зловонному тоннелю, дышали тяжелым, влажным воздухом.

Постепенно нора расширялась, но нам все равно пришлось идти бок о бок. Монстроловы озирались по сторонам, свет от ламп плясал на влажном потолке.

— Логово чудовищ уже очень близко! — предупредил Доджсон. — Свет! Впереди свет.

Действительно, в дальнем конце туннеля лучился светом вход в пещеру.

— Входим!

Доджсон перехватил обнаженный меч обеими руками и первым ворвался внутрь. Из его татуировки вырвался клуб черного дыма, обретая форму дракона. Остальные последовали за ним, призывая своих нурсов.

Внутри пещеры царит мрак, освещаемый лишь принесенными нами масляными лампами.

Стены пещеры покрыты плотным слоем паутины, которая блестит в слабом свете. Она сплетена так густо, что местами напоминает ткань — рваную, изношенную и пропитанную влагой. На паутине видны разрывы и засохшие пятна чего-то тёмного. Из углов тянутся толстые нити, уходящие куда-то вглубь пещеры, как кровеносные сосуды.

Пол усеян обломками костей и черепов — останками тех, кто осмелился зайти сюда и не смог уйти.

В центре пещеры находится платформа, покрытая слоем паутины, настолько толстой, что она похожа на ковёр. Над платформой свисают массивные нити, на которых висят подергивающиеся коконы.

Но самое ужасное — это яйца. Стены и потолок покрывали сотни, если не тысячи гигантских яиц. Поверхность пульсирует в такт, похрустывает.

Я с брезгливостью посмотрел на ближайшие яйца. Полупрозрачная оболочка позволила разглядеть неясные тени внутри — заостренные конечности, уродливые морды с множеством глаз. В некоторых яйцах силуэты уже шевелились, тыкались мордами и лапами в оболочку.

— Невероятно… — выдохнул Доджсон. — Я и не думал, что у нас так мало времени. Если эти существа вылупятся, они обрушатся на ничего не подозревающий город!

— Почему «если вылупятся»? — донесся до нас звучный женский голос. — Они обязательно вылупятся, человечек.

С платформы в центре пещеры поднялась жуткая фигура.

Сперва мне показалось, что я вижу женщину, но сразу же отбросил эту мысль. Её тело напоминает человеческое, но лишь отдаленно. Черты лица существа изначально кажутся почти красивыми, но чем дольше я смотрел на них, тем больше понимал, что в них есть нечто неправильное: глаза чуть больше обычного, а губы, растянутые в неестественной, пугающей улыбке, выпирают, скрывая зубы куда крупнее человеческих. Её длинные волосы недвижимы и больше походят на тонкие хитиновые отростки.

Но если все это можно было свести к «почти человеческому» виду, то эту иллюзию разрушили восемь огромных паучьих лап, показавшиеся из-за спины существа. Эти конечности двигались с пугающей грацией, будто живут собственной жизнью: они приподняли существо над платформой. Когда когти на концах жутких конечностей касались каменного пола, раздавался тихий скрежет. Не удивлюсь, если на камне остаются царапины.

Хозяин обезьяны, стоявший в шаге от меня, побледнел и прошептал:

— Тут находятся полчища монстров… Вся пещера закрыта иллюзиями!

— Предупреди остальных, — тихо попросил я. А потом обратился к паучихе. — Ты — Моас?

Амулет в моей руке показывал в другую сторону, да и существо на Бедствие не тянуло — от нее не исходили волны подавляющей мощи, которые я ожидал почувствовать от могущественного противника.

— Я лишь тень моей госпожи, — отозвалась паучиха.

— Какая еще Моас? — побледнел один из монстроловов. — Это же легенда! Сказка!

— А где ваш кукольник? — Доджсон решил воспользоваться словоохотливостью существа. — Он вообще здесь?