— Наверное… — тяжело вздохнул, не отрывая глаз от розового сияния. — Так выглядит настоящее счастье.

Дневное солнце слепило глаза своими яркими лучами. Легкий ветерок развевал волосы, а гомон толпы, словно шум морских волн, ласкал слух. Прекрасный день. Прекрасный день, чтобы провести сразу три дуэли.

Сейчас я стоял на песке по центру огромной арены. С другой стороны виднелась еле заметная фигурка Романова, а вокруг возвышались высоченные трибуны. В воздухе над головой светились огромные голографические экраны, показывающие наши с Сергеем лица. Голос императора, усиленный специальным плетением, вещал какую-то пафосную напутственную речь.

Вчерашняя ситуация, как ни странно, закончилась довольно обыденно. Да, розовые частички облетели чуть ли не всю центральную часть города, попадая на людей и превращая их в счастливых животных. Да, император немного нас поругал, особенно Матвея. Да, приближаться к любым другим лабораториям запретили нам обоим. Но на этом всё.

Непосредственно от взрыва никто не пострадал, а действие распыленной эссенции гармонии оказалось настолько краткосрочным, что уже через пятнадцать минут из города перестали приходить новости о чересчур любвеобильных людях. Поэтому Забельский всего лишь погрозил нам пальцем, не став поднимать разборки на более высокий уровень, и распрощавшись с Матвеем, я отправился коротать вечер у себя в комнате.

Не знаю, в который раз попробовал открыть сейф теней — естественно, безуспешно. Перекинулся парой смсок с Ариной, которая решила узнать именно у меня, а не у отца, что за взрыв произошел. А затем принялся читать огромный документ, который прислал мне Хладов. К моему удивлению, Никита не отнесся к «должности» моего секунданта равнодушно и, хотя я его ни о чем не просил, отправил ворох информации как про саму дуэль, так и про предстоящих противников.

Конечно, по-настоящему меня интересовал лишь Верезин. Романова за противника я даже не считал, а способности Дорониных видел своими глазами, так что план победы против Тиграна пришел в голову почти без раздумий. Но в любом случае Хладов проделал большую работу и значительно сократил время, которое я потратил на подготовку. И одновременно с этим сразу же подкинул мне сюрприз.

Присланный мне текст начинался с пары строчек о том, что когда то давно Верезины и Медорфеновы очень тесно общались. Что Константин, что глава их рода частенько пропадали друг у друга в гостях и устраивали совместные налеты на пустоши. Однако после всем известных событий род Верезиных полностью разорвал все контакты с нами, и сделал это более чем успешно. Новость о былом знакомстве стала для меня полнейшей неожиданностью.

Интересно, очень интересно. Оставил зарубку в памяти, после чего перешел уже к информации о своем непосредственном противнике.

Тирион оказался бойцом ближнего боя, и при этом далеко не самым слабым. Хотя чего еще стоило ожидать от брата главы Великого рода? Аспект Верезиных позволял создавать какое-то подобие энергетического копья, обладающего разрушительной пробивной мощью. Точнее будет сказать даже не копья, а шеста, который эти умельцы превратили в поистине универсальное оружие.

С помощью этого «шеста» можно было и создавать защиту, закручивая его перед собой, и преодолевать огромные расстояния, используя необычное копье вместо гимнастического снаряда, ну а про то, что его можно было прекрасно метать, я вообще молчу. Однако это был лишь вспомогательный навык, и сильнее всего способности Верезиных раскрывались именно в контактном бою.

Тирион, как один из сильнейших членов своего рода, был прекрасным бойцом. Его боевым способностям можно было лишь позавидовать, а мастерство общения абсолютно с любым оружием достигало заоблачных высот. И в том, что все способы применения копья из документа Хладова получится увидеть своими глазами, я даже не сомневался. Интересно, а если Тирион будет быстро крутить шест над головой, то у него получится взлететь как вертолет?

— Стороны конфликта, подойдите друг другу! — вырвал меня из раздумий громогласный голос императора. Одновременно с Сергеем двинулся вперед, остановившись от того где-то на расстоянии двадцати метров, как требовал того дуэльный кодекс. — Не хочет ли кто-то из вас принести извинения своему оппоненту?

Ответив стандартное «нет», я снова погрузился в свои мысли, вспоминая дуэльные правила. На самом деле, никаких особых тонкостей там не было. Поскольку во время вызова не произошло уточнения, какую именно дуэль требует мой противник, то значит она будет проходить по классическим правилам. То есть бой идет до сдачи или потери способности сражаться одним из оппонентов, и пользоваться можно исключительно своими силами. Любые артефакты и эссенции запрещены, а если тебе требуется оружие, то оно может быть только одного типа. Нельзя взять винтовку и, промазав несколько раз, поменять её на меч непосредственно перед столкновением. А вот просто взять любой огнестрел и попытаться расстрелять противника издали было можно — вот только обычные патроны были абсолютно бесполезны даже против слабенького щита. Но и такие прецеденты бывали.

В любом случае, сражаться я планировал голыми руками, только за счет своего «аспекта молний», чего от меня и ждали. Частить другими плетениями сегодня точно не стоило, тем более что аспект Медорфеновых, наверное, был одним из самых зрелищных, а пришел я сегодня не просто побеждать. Главной целью было вернуть себе репутацию Великого Рода, поэтому каждая схватка должна быть масштабной, красочной и показательной. Показательной, что моя фамилия вновь стала не пустым звуком.

Естественно, все эти слова про масштабность и красочность не относились к Сергею. Да простит меня Романов-старший, но его сына я планировал использовать вместо мальчика для битья — победа над ним не принесет мне никаких репутационных очков. Конечно, если только Сергей не воспользуется какими-то запрещенными средствами — однако перед выходом на арену нас проверяли сразу несколько человек, и вряд ли мальчишка умудрился припасти какие-то нелегальные козыри. Да и отец его по головке за такое вряд ли погладит.