— А «рогачи» вам на что! — возмутился я. — Валите из них гадов, и спускайтесь спокойно на очищенное место.

— Как стрелять-то?! Мы ж, считай, в воздухе висим! — заспорил Артем.

— Откатом нас самих мигом винтом закрутит и вниз сбросит! — подхватила Марина. — Олег, это ж элементарная физика!

— Не сбросит! Я проверял! Вытаскивайте «рогачи», и расчищайте себе место под посадку! Считайте, это приказ!.. Который, кстати, всех остальных рекрутов тоже касается!

— Есть, це-деж! — откликнулась в левом ухе злая многоголосица.

И тут же со всех сторон дружно затрещали автоматы моих ребят.

Заметив среди веток внизу подозрительное движение, не дожидаясь кислотных «подарочков» от спрятавшегося руха, я тут же открыл огонь, ударив тяжелыми пулями «рогача» на опережение.

Начался бой, в ходе которого, к сожалению, не без потерь (выбыли: словившая кислотный шарик «за шиворот», в тонкий зазор между защитой шлема и воротом МБПП, Берта и нерасчетливо затянувший срок действия системы «Затяжной прыжок» Алонсо, проморгавший в итоге обнуление таймера, рухнувший на землю с шестидесятиметровой высоты и поломавшийся до летального исхода), нам все же удалось: сперва очистить несколько деревьев от «попрыгунчиков», затем удачно сесть на верхушки «чистых» деревьев, выбраться из ненужных больше кресел (массивные стекло-пластиковые фиксаторы отскакивали от тел автоматически, когда под днищем кресел появлялась опора — в нашем случае роль таковой сыграли ветки деревьев), спуститься вниз и, разыскав друг дружку, снова объединиться в деж.

Потом был долгий изнурительный бой с наседающими со всех сторон рухами. Ценой гибели еще троих друзей (Миха, Марины и Дэйва) мои ребята выстояли до прихода второй волны десанта. Я же, экономя ограниченный боезапас, еще в начале перестрелки, обменял свой «рогач» со всеми боеприпасами у Смерницкого на его десантный нож и, вооруженный двумя длинными тесаками, отправился в одиночный диверсионный рейд, рухам в тыл.

Успел славно там покуралесить, вырезав семерых гразухов-попрыгунчиков и пятерых стерхов. Дальше закончилось время действия функции Личинка грауса, но я продолжил играть с судьбой в орлянку, и охотиться на рухов, полагаясь лишь на умение владеть ножами и читерскую способность угадывать на телах врагов самые уязвимые точки… Пару раз мне повезло, завалил еще одного стерха и одного гразуха-попрыгунчика, а потом нарвался на тройку «попрыгунчиков», и меня по гланды нашинковали кислотными шариками.

Но поскольку, в конечном итоге, рекруты мои задание командование выполнили, за безответственное самодурство наказанием це-дежу стала лишь мучительная смерть под глумливое перецокивание одолевших меня врагов.

Главным же событием этого непривычного по первости виртуального тренинга стало: разблокировка у всех рекрутов дежа Левитации. Конечно, проценты развития за первый тренинг набежали смехотворные, и для достижения в Левитации хотя бы первого уровня нужен был еще не один десяток подобных тренингов. Но, как бы то ни было, начало к прокачке этой трудно поддающейся бескрылым разумным сферы развития было тоже, наконец, положено.

Глава 18. Выпускной

Обучающий курс для рекрутов на учебно-тренировочной базе растянулся на три месяца. Организован учебный процесс для нас был настолько чётко, что за всё это немалое время рекруты нашего стожа крайне редко пресекались в лекторских аудиториях, тренажёрных залах, на полигонах и прочих закутках базы с рекрутами других стожей. Что мы не единственные рекруты на огромной подземной базе, становилось понятно лишь в столовой, куда в часы завтрака, обеда и ужина стекались толпы невидимых в остальное время сослуживцев.

Благодаря запредельным ежедневным нагрузкам и целебным утренним водным процедурам, на раз разгоняющим забитость мышц и ломоту в перенапряженных накануне телах, все мы за период обучения стали на порядок сильнее, быстрее и выносливее, тех жалких пародий на воинов, каковыми прибыли сюда три месяца назад. Конечно, взрывной бешенный рост сфер физического развития, зафиксированный Системой в первые дни на базе, продлился недолго. Уже через неделю приспособившиеся к жесткому тренировочному графику тела перестали выдавать шальные проценты бонусов к Силе, Скорости и Выносливости. Но стабильный ежедневный прирост к каждой из означенных сфер продолжался вплоть до последнего тренировочного дня.

Развитие Интеллекта и Интуиции стимулировала необходимость применения каждый день на практике (на полигоне или в виртуале) информации, полученной на утренних теоретических занятиях от лектора, и расширенной путем собственных изысканий дополнительных материалов в электронной библиотеке базы.

Из-за бесчисленных ран и десятков смертей, выстраданных каждым в практически не отличимом от реальности виртуале, у рекрутов за три месяца обучения не несколько новых уровней прокачивалась и Регенерация.

Оставшиеся четыре сферы развития: Гипноз, Телепатия, Телекинез и Левитация, в силу индивидуальных особенностей и специфики организмов различных разумных, развивались у каждого рекрута по-разному. У меня, к примеру, благодаря наличию и активному ежедневному применению специфической функции Серого грауса, за три месяца на целый уровень подросли Гипнос с Телепатией — и это был феноменальный результат, потому как у остальных ребят из моего дежа те же две сферы за время обучения прокачались всего на десять-пятнадцать процентов. Телекинез же, благодаря внеурочной работе над растяжкой инвентаря, перевалил у меня аж за второй уровень. А вот со специфической Левитацией дела мои обстояли далеко не так радужно — развивающие ее тренинги, с полетом в виртуале, нам устроили всего три раза за все время обучения, и данная сфера единственная осталась у меня с нулевым уровнем, лишь чуток обозначив начало развития на уровне смешных пяти процентов.