Четыре часа? Думала, мы максимум на час-полтора вдоль берега покатаемся. Если учесть, что твердую почву под ногами я теряла лишь раз, и в глубоком детстве, сегодняшний вечер обещал быть томным. В смысле как бы меня не утомило… Маленькой девочкой я почти всю экскурсионную поездку с классом провела лежа на топчанчике, помню укачало меня неимоверно.

Оглядывая обстановку, я нечаянно перехватила брошенный мельком взгляд стюарда нам в след, в спины. Очень цепкий.

Профессиональный, никакой сладкой патоки, которую до этого нам разливали в глаза. Парень увидел, что я него смотрю и вдруг подмигнул.

Мамочки, неужели я смотрюсь настолько легкомысленно?

Торопливо отвернувшись, я отправилась за Можайским смотреть каюту и заодно оставить там сумку, чтобы не таскать ее по кораблю. Там пришлось снова отбиваться от активного сегодня Дмитрия.

– Что ты со мной делаешь? – шептал он, терзая ставшие чувствительными губы.

Где справедливость?! Это я с ним делаю?! Преследую его собой, можно сказать. Виновна и ответственна в его желаниях. Мы, женщины, вообще за все ответственны. Хотя по мне, покопайся в любой социальной проблеме и найдешь неуклюжий след бедовых, забывших повзрослеть мальчишек.

Пожалуй… мне нравится его дразнить – поняла я, вытаскивая Можайского за руку на свежий воздух. Он был немного похож на вампира. Такой же злой, щурящийся от заходящего солнца и с мстительным огнем в глазах.

– Береги честь смолоду! – нахально заявила я и потащила его по указателям в сторону ресторана. Благо сие заведение сигналило нам развеселой музыкой и взрывами смеха.

– Смотря какую честь, - рявкнул Дима, поправив брюки перед тем, как входить в зал.
– В том смысле, в котором ты, любимая моя, ее понимаешь — это для школьниц. Им полезно. А мы, взрослые люди, предпочитаем беречь нервы и здоровье.

Намекающе звучит… Хм. Я широко улыбнулась. Я такая непонятливая, Дим, просто беда. Но мне уже нравится, как ты меня называешь.

– Играешься? – он резко остановился в дверях и прижал меня к косяку, не обращая внимание на публику, разместившуюся за столиками под навесом.

– Ага, - искренне призналась я.

В этом что-то было. Во флирте, улыбках, намеках. Во всем том, что я пропустила когда-то, слишком рано став ответственной и серьезной.

– О, наши опаздывающие! Проходите, - между столиков на палубе под навесом ходила, держа в руке микрофон, эффектная большегрудая девушка, в таком же белом кителе, как и встретивший нас у трапа стюард. – Да, это ваши места, видите таблички с именами? Присаживайтесь, пора. Мы как раз отправляемся.

Тут мир качнуло. И что-то шатнулось внутри меня. Ой.

– Меня зовут Лариса, - продолжала красавица. – Я буду развлекать вас во время нашего небольшого путешествия, скрашивать поездку. И даже стану немного гидом, расскажу о чудесных местах, которые мы увидим.

Пухлые губы двигались, загорелый дочерна бюст слабо колыхался в намекающе расстегнутом вороте белой рубашки с короткими рукавами и многозначительным логотипом «Starpony» на кармашке.

Я постаралась незаметно выдохнуть и ухватилась за тонкую ножку бокала с минеральной водой. Почему-то он меня слабо удерживал от подозрительного колыхания вселенной.

Что делать? Очень не хочется испортить Можайскому вечер, неспроста он меня сюда тянул и до сих пор такой напряженный. Ой. А если он собирается подарить сегодня нечто важное, намекающее и недавно купленное?

Я стукнула зубами о край бокала, глотнув добрую половину налитого одним махом. Как говорит Ида: «Иногда девушке приходится держаться на честном матерном слове. Но мы цепкие, и не на том умеем»...

– Правда здорово? – спросил Дима, с удовольствием оглядывая разукрашенный цветочными гирляндами прелестный палубный ресторанчик. – Поплыли?

– Впечатлена, - согласилась я. – Поехали!*

У входа, откуда пришли мы с Димой появились четверо экзотически одетых людей. Два потрясающих блондина, улыбчивая худышка и пышно одаренная природой мулатка с белоснежными зубами и задорными спиральками волос. Вся компания красовалась в расшитых стразами и позументами золотых брючных костюмах, отдаленно напоминающих мексиканские. Чтобы отмести всякие сомнения в национальной принадлежности своих образов, парни натянули широкополые шляпы и крепко сжимали небольшие гитары.

– Мучачас грацияс! – бордо поздоровался с гостями теплохода один из блондинов и наиграл нечто… хм… тревожное.

– А вы кто? – выпалила в микрофон Лариса. – У нас по графику конкурсы, а не песни-танцы.

– Та ведите вы свои конкурсы, девушка, хто ж вам мешает? – отмахнулась мулатка и так зажигательно вильнула бедрами, что грузный мужчина за соседним столиком вытер вспотевший лоб.

Надо сказать, что появившаяся четверка народ весьма заинтересовала, и многие из тех, кто вообще не смотрели на ведущую, сейчас поднимали головы.