— Заткнись! Заткнись! Как ты смеешь?! — В меня швырнули целым ящиком с пружинами, к счастью не попав. Но соседний станок, в который врезался сей снаряд, аж сантиметров на пять в сторону пелены серого тумана отъехал…

— Правда колет глаза?! — Еще один прицельный выстрел, и еще одна царапина на морде. Затем второе попадание прямо в голову, третье…Корпус-то у него прочный, но может хоть внутренней начинке болтанка на пользу не идет? — Оба вы — конструкторская ошибка! И самозад из проржавевшего совета, и ты, раз послан им! Я думал меня тут ждет серьезный противник, а повстречалась колымага какая-то с манией величия, чью главную драгоценность получилось разбить первым же выстрелом! Кстати, помочь тебе собрать с пола стеклышки, оставшиеся от той зеленой штуки? Сам-то небось не справишься, слишком тонкая работа длятакого искусственного олигофрена, ну полностью идентичного натуральному, только ещё и парализованого чуток…

— Я вобью все эти слова тебе обратно в глотку, мясо! — Уже в который раз проявил вообще-то не свойственную машинам эмоциональность этот тип, с громким пыхтением перелезая через конвейерную ленту. А после он принялся ковылять ко мне на полном ходу, паря из щелей чуть посвистывающими потоками горячего влажного воздуха и протягивая руки вперед в явной попытке не задушить, так разорвать своими ногтями-скальпелями на мелкие кусочки! Выстрелы, бьющие прямо в металлическую голову, а также непрерывно сыпящиеся из моего рта оскорбления, обещающие и ему, и его неведому лорду ну крайне интересные варианты дальнейшей карьеры привели человекоподобную конструкцию в состояние жуткого гнева. На ходу широко размахнувшись, искусственный медик-убица попытался размазать меня одним ударом по станку и ещё паре квадратных метров прилегающей площади…Но попал он только по станку, ибо в самый последний момент я все-таки уклонился перекатом вбок от свистнувшей в считанных миллиметрах от головы смерти. А его металлическая ладонь ткнулась прямо между громадными вращающимися шестернями…И конечно же сунутые не туда пальчики, вдобавок оказавшиеся довольно глубоко внутри работающего агрегата, тут же зажевало. Человеческую конечность эта машина отчекрыжила бы вмиг, а вот культяпка ржавого робота просто оказалась зафиксирован на одном месте под скрежет металла, с которым гнулись и ломались его ногти-скапельпели. Были бы у ублюдка в порядке ноги, и он наверняка меня бы попытался пнуть или раздавить как жука, но к счастью нижние конечности конструкции до сих пор отказывались своему владельцу толком подчиняться.

— Жалкая попытка отсрочить неизбежное, мясо! — Проскрежетал ржавый робот, сначала просто дергая зафиксированной на одном месте конечностью, а потом начиная пытаться освободить её при помощи второй руки. И, кажется, шестерни станка его усилиям поддавались. — Я — творение священных технологий Ржавого Совета, сам лорд Сигмус Опейрон Третий даровал мне статус своего эмиссара! Твое жалкое оружие все равно не способно мне повредить…

— Во…Ух…Можно! — Прохрипел я, с большим трудом опрокидывая на пол ближайшую бочку машинного масла, ну или какой-то иной маслянистой темной жидкости, что в довольно большом количестве присутствовала в этом цеху. Весела емкость столько, что чуть не надорвался, но на бок положить её удалось, пусть и расплескав наполовину. Зато оставшуюся половину вместе с тарой удалось оперативненько подкатить вплотную к тыльной части ржавого робота, как следует обдав его конечности данной субстанцией. — Но что ты скажешь насчет перегрева и просто высоких температур?! Есть у тебя охлаждающий контур или хотя бы тугоплавкие компоненты в составе внутренней начинки?

Повинуясь моей воле, на ноге начавшего куда активней дергаться робота вспыхнул маленький огонек. Ну, очень маленький, крохотный просто. Больше чем спичка, меньше чем даже самый маленький костерок, до настоящих вершин пиромантии мне как боевому псиону было ещё развиваться и развиваться…Пламя даже оказалось недостаточно горячим, чтобы жидкость вспыхнула сразу — это произошло лишь после того, как я усилил свой…Нажим? Нагрев? Поддув? В общем, вложил в сотворенное маленькое чудо чуть ли не четверть имевшейся магической энергии одним махом, после чего машинное масло наконец-то вспыхнуло. И огонь стал стремительно расползаться во все стороны. В том числе и вверх. Ибо уже пылающую жидкость я с безопасностей дистанции приподнял немного телекинезом и попытался залить в те едва заметные швы, из которых при движениях покореженной конструкции горячим паром поддувало.

— Нет! Нет! Не-е-е-э-э-т!!! — Оказывается, этот ржавый робот умел не только злиться, но и бояться. Свободная рука медика-убийцы принялась с громким лязгом отчаянно колошматить по металлическому корпусу в напрасных попытках сбить пламя и я чувствовал, как содрогается в панике его разум, когда пылающая жидкость затекла внутрь корпуса…И коснулась чего-то такого, что тоже могло вспыхнуть, ибо из недр вполне разумной конструкции начал выходить черный вонючий дым. Сначала того было немного, жалкая струйка, которую можно было перепутать с продуктами сгорания машинного масла. Но потом она стала гуще, да и еще одна проклюнулась совсем из другого места. — Мясо! Ненавижу! Ненавижу-у-у-у!!!

Пламя быстро распространялось по внутренним механизмам ржавого ублюдка, ибо секунд через двадцать его свободная конечность вдруг перестала слушаться своего обладателя, бессильно повиснув. То ли аналог нервов там сгорел, то ли какой-нибудь заменитель мышц…Но голосил обреченный робот, стоящий в центре разгорающегося пожара, еще долго. Почти с минуту, за которую получилось быстренько собрать со звероподобных конструктов сформированные ими печати и капли стабильности. А потом эта штука вдруг заткнулась, да так резко, что я, счищающий машинное масло со своих штанов при помощи подозрительного происхождения тряпки и псионики, оказался даже на миг оглушен наступившей тишиной, ибо вместе с голосом хозяина цеха замолк и рокот абсолютно всех расположенных в этом странном месте механизмов.

Словно бы настоящая река чистейшей силы ударила в меня изнутри, смывая усталость и расширяя имеющийся запас энергии. И те жалкие крохи, что были получены от убийства предыдущих врагов, на её фоне не смотрелись абсолютно! Напор был сильнее в разы! Нет, на порядки! А в паре метров от меня с легким едва заметным шелестом развернулся портал, за которым виднелись внутренности знакомого уже дома и уничтоженный буквально несколько минут назад ржавый робот-охранник. Пространственный переход подрагивал, и то ли интуиция, то ли отпечатанная прямо в подсознании информация подсказывала, что надо бы поторопиться…Однако меня бы задушила собственная жадность если бы я сбежал раньше, чем просачивающиеся изнутри медика ярко сияющие искры сформируют заслуженную с таким трудом награду…Награды, которых оказалось целых две. Уже знакомого вида оазис стабильности, только куда более крупный и мощный, чем раньше, а также золотого цвета лента, чем-то неуловимо похожая на печать и в то же время от неё отличающаяся…Там тоже был рисунок, и этот рисунок казался живым, все время меняясь и служа наглядным примером того, что может эта штука. Листались страницы книг, сменяли друг друга каменные таблички, кипели в котлах волшебные зелья, потоки всевозможных энергий обвивали протянутые руки, ластясь к ним будто игривые котята…

— Знак отличия, — пробормотал я себе под нос, приманивая добычу себе в руки при помощи телекинеза. Где-то внутри шевельнулась твердая уверенность — эту штуку надо принять. Она не может нанести вреда, но будет полезным инструментом, надежным оружием, удобной возможностью…И отказываться для меня смысла, в общем-то, и не было. За ней в этот странный цех и лез, вдобавок снявши голову по волосам не плачут…А потому пальцы потянули ленту в разные стороны, пытаясь разорвать на части. — Дополнительный модуль для печати, не столько открывающий новые силы, сколько кардинально увеличивающий и раскрывающий старые…