Пустая гильза еще только летела на бетонный настил, когда позиции батальона взорвались ответным свистом и грохотом.

Тяжёлыми циркулярными пилами заработали пулеметы, слитно ухнули пушки, взревела за спиной РСЗО. Землю под ногами ощутимо тряхнуло, в лицо пахнуло кислятиной, и все вокруг словно бы застыло на пару мгновений. Реальность испуганно замерла, а потом прилетели снаряды.

В играх и фильмах оно выглядело прикольно. Взрывы, дым, застилающий небо, и разорванные тела, разлетающиеся в разные стороны. Здесь не так… Гораздо проще и намного страшнее. Бетонный треск, резкие удары снарядов о сталь, разрывы и искалеченные орудия. Со своего места я видел только три соседних позиции, и там не выжил никто. Успели выстрелить по два раза, и все на этом закончилось. Бомбардировка обнулила искины, зарядить их никто не успел.

Впрочем, прилетело и атакующим. Сразу семь машин из первых рядов задымились и заметно сбавили скорость. Спустя пару мгновений четыре из них вспыхнули искрящимися ярко-белыми факелами, похожими на чудовищные бенгальские огни. Ещё несколько танков потеряли управление и, разъехавшись на скорости в разные стороны, сломали ровные ряды атакующих.

Одновременно с этим небо над полем окрасилось яркими вспышками сбиваемых ракет и до наших позиций их долетело меньше десятка.

Это было похоже на перемотку кассеты в старом отцовском проигрывателе. События сменялись с чудовищной скоростью. Нет, я прекрасно видел все, что происходило вокруг. Понимал, что моя помощь не требуется, поэтому просто стоял и завороженно наблюдал. Морщась от близких разрывов и вдыхая противную вонь.

Да, наверное, умнее было бы где-то залечь, но рефлексы молчали, а разум подвис в попытке осмыслить происходящее. Оно ведь легко рассуждать, сидя в кресле перед компьютером. Вот только здесь ни хрена не игра! Хотя воспринималось оно похоже. Слишком быстро, ярко, непонятно и от того совершенно не страшно. Словно обычная миссия на экране, с возможностью ее перезапуска…

Впрочем, продолжалось это меньше минуты. Рядом раздался громкий хлопок, в уши словно плеснули воды, правую скулу ожег пролетевший мимо осколок, и сознание в момент прояснилось. Одна из ракет взорвалась впереди прямо в воздухе, и большую часть осколков приняла на себя стена.

Из нас троих не повезло только Курту. Грудь стоящего справа солдата разорвало осколками, и он, выронив коробку со снарядами, начал заваливаться назад.

Понимая, что парню уже не помочь, я метнулся вперёд, подобрал обойму и протянул ее Крамеру. Лейтенант кивнул, быстро сунул коробку в открывшуюся щель на затворе и, обернувшись ко мне, проорал:

— Уходим! Сейчас прилетит!

Слов я не слышал за грохотом, но прекрасно разобрал по губам, и спорить не стал. Следом за Крамером забежал за бетонную стену слева и уже там поинтересовался:

— И что делаем дальше?

— Сейчас двинем к Фаргу, — проорал в ответ лейтенант, продолжая стрелять из орудия. — Он должен был прислать к нам бойца, но, видимо, не сложилось.

— Ясно, — я нашёл взглядом нужный ангар и, обернувшись, уточнил: — А что сейчас происходит? Сколько у них ещё танков?

— Одиннадцать двадцатых и два сорок восьмых, — в голосе Крамера мелькнули досада и обреченность, он кивнул на орудие и констатировал: — Это последнее. У нас ничего уже не осталось. Майор с подкреплением подойдёт через пять-семь, а кралы ворвутся на базу минуты через четыре.

М-да… Реалии современного боя с блэкджеком и искусственными интеллектами. Меньше трёх минут прошло с начала атаки, а уже все летит в известное место. Гребаная математика войны, где пять минут превращаются в вечность. При этом совершенно не факт, что подкрепления способны изменить текущий расклад. Часть высадившегося десанта по-прежнему скрывается в висящем над полем тумане, и майора, скорее всего, там ожидает теплый приём. Не знаю, но, возможно, единственный вариант — это как-то повредить грузовик с рудой, чтобы его не могли украсть? Впрочем, с дивана оно всегда легко рассуждать. Все же вокруг идиоты…

— Сорок восьмые — это шагающие танки? — проорал я, морщась от противного рёва заработавшей РСЗО. — Которые чёрные?

— Десять осталось! — Крамер удовлетворенно усмехнулся и, встретившись со мной взглядами, кивнул. — Да, они самые. Не такие опасные как Малыш, но…

Договорить он не успел, поскольку оно прилетело. Гулкий удар металла о сталь, и чудовищный взрыв. Потом ещё один не такой сильный, и ещё…

Сознание прояснилось, и я понял, что сижу на земле. В уши залили воды, перед глазами плывет, голова раскалывается, но и только. Контузило? Ну да… очень похоже на то, но вроде не сильно. Рядом неподвижно лежит лейтенант, в пяти метрах справа валяется искалеченный остов орудия. Впереди беззвучно работает РСЗО. Свет от неё слишком яркий, сильно режет глаза, но судя по тому, что установка не отстрелялась, без сознания я пробыл всего ничего.

Мысленно выругавшись, коснулся рукой шеи Крамера, прикрыл глаза и удовлетворенно усмехнулся. Лейтенант жив, его, похоже, контузило, как и меня, но организм у сарха покрепче.

Вокруг творится тот же кошмар. На базе ещё хватает бойцов, но техника уже практически выбита. Сейчас сюда зайдут мехи, заедут танки и все закончится, если ничего не предпринять.

Я тяжело вздохнул, посмотрел в сторону знакомого ангара, и тут на меня снова обрушился грохот. Сознание полностью прояснилось, из глаз ушла пелена.