— Сейчас сделаю! — я усмехнулся, направил робота в стену напротив и, подключившись в общий канал, произнёс: — Я Малыш! Выхожу из ангара! Забираю огонь на себя!

— Шестнадцатый, двадцать четвёртый готовимся! — крикнул туда же майор, и я вдруг почувствовал, что душу заполняет что-то новое, неизведанное.

Незнакомое теплое чувство… Правильности происходящего. Гордости за себя и тех, кто рядом с тобой.

Я ведь мечтал о таком всю жизнь! Чтобы вот так в бою вместе со всеми. Как в книгах и во всех пройденных играх! Да, я почти никого тут не знаю, но это не важно! Мы сейчас на одной стороне, и этим ребятам нужна моя помощь. Мечты сбываются, да… И сбываются они точно так, как ты этого хочешь!

Прятаться и атаковать из укрытия глупо. Мне с такими габаритами просто не дадут высунуться, а на каждый выстрел в ответ последует несколько. При этом искины очень редко промахиваются, но дело даже не в этом. Мне нужно забрать их всех на себя! Сделать это можно только единственным способом.

Проломив стену, я произвёл два выстрела с интервалом в секунду, добавил из правой — «одиннадцатой» пушки, полоснул пулеметными очередями по пехоте вдали и, тяжело ступая, пошёл прямо на танки!

С одного из пролетающих впереди дронов картина выглядела потрясающе. Семиметровый боевой робот в клубах дыма на фоне горящего за его спиной ангара и восемь танков в ста-ста пятидесяти метрах прямо по курсу.

Оба снаряда ударили по разным машинам. Один отразил щит, второй угодил в аккумуляторную батарею, и над танком взлетел столб ярко-красного пламени.

Четыре машины выстрелили с запозданием в доли секунды, ещё три принялись поворачивать в мою сторону башни, картинка застыла на миг, а потом прилетела ответка:

Щит… Рикошет… Рикошет… Рикошет…

Щит… Щит… и опять рикошет!

Двадцать единиц защиты осталось, но ход снова перешел ко мне! Десять секунд мы уже почти отыграли!

Выстрелив, танки рванули к укрытиям как разбегающиеся тараканы, но так оно и задумано. Возле одного из ангаров из люка показался солдат и, подняв пробой, прицелился в одну из машин.

Правая рука! Левая! Добавить из «одиннадцатой», и ещё один танк превратился в пылающий факел.

— Удачи тебе, капитан! — в тот же миг негромко прошептала Малыш, и меня словно бы выкинуло из воды на поверхность.

Искин погас, включилась резервная нейросеть, и я перестал ощущать себя шагающим роботом.

В следующий миг один из снарядов частично проломил броню на груди, второй ударил в сустав. В ноздри плеснуло тяжёлым запахом гари. Левая нога робота подломилась, и я, чтобы сохранить равновесие, упал на колено правой.

Такого в игре не услышать. Простуженный рёв двигателя за спиной, надрывный скрежет металла и тяжёлые удары снарядов. Корпус робота два раза дернулся и его резко повело вбок. Левую руку заклинило, но я все же смог поймать в прицел ещё один танк и залепить ему под башню снаряд.

В следующий миг правая рука исчезла во взрыве боекомплекта. Пулеметы затихли, картинка перед глазами подернулась рябью, и робот завалился на левый бок.

Сидение перекосило, автоматика расстегнула фиксаторы, тело рвануло влево, и я ощутимо приложился рёбрами о металлический выступ. Больно, но не смертельно. Ждал ещё одного попадания, но ничего не происходило. Эфир погас, все звуки исчезли секунд на десять, а потом в ушах раздался спокойный голос майора.

— Не стрелять! Они сдаются! Все кончено и… спасибо вам всем!

Он что-то еще говорил, но я уже дальше не слушал. Стащил с головы колпак, поморщился от гари, выругался и широко улыбнулся.

Да! У меня получилось! Я прошел эту миссию! В реальности! Как всегда и мечтал…

Дверь открылась без особых проблем. Выбравшись из задымлённой кабины наружу, я вдохнул относительно чистого воздуха, огляделся и хмыкнул.

Все и правда закончилось, но народ отдыхать будет нескоро. Все выжившие бойцы и медики по одиночке и группами бежали на поле, где находилась основная масса сдавшихся кроаланцев. Около взвода бойцов с тремя медиками осматривали уцелевшие танки и вытаскивали из них раненых операторов.

Один из этой группы заметил меня и, радостно заорав, толкнул в плечо своего приятеля. Десяток бойцов повернули в мою сторону головы, пятеро приветливо взмахнули руками. Я кивнул, коснулся ладонью груди и тут услышал быстрые шаги у себя за спиной.

Обернувшись, увидел Крамера и облегченно выдохнул. Первый лейтенант как-то пережил весь этот кошмар, и выглядел он достаточно сносно. Немного помят, в рваной испачканной форме, со шрамом на физиономии и следами запекшейся крови. Впрочем, взгляд у приятеля был такой же, как и всегда: спокойный и безразличный. Чуть впереди Крамера шла красноволосая медсестра. Без шлема, красивая и чумазая. Заметив мой взгляд, она обрадованно улыбнулась, приблизилась и, поднявшись на цыпочки, чмокнула меня в подбородок.