– Да. Это было здорово. Ты же знаешь, какой Дорси, когда он в бешенстве.

– Он громкий, вот какой он. Удивительно, что я его не слышал.

– Правда?

Он говорил лучше, более похоже на себя. Более живо.

– Кейдж поставил меня впереди и сказал, чтобы я забирался туда. Они боялись, что нам придется ломать дверь, но я отказался, я знал, что ты оставил ее незапертой и что Броди не заметил бы этого.

– Он и не заметил, ты был прав.

– Это потому, что он был сосредоточен на тебе, а не на том, что ты делаешь.

– Мы всегда хорошо ладили.

– Возможно, поэтому он и пришел сюда, – сказал мне Боди.

– Странно, что он знал, где я живу. Мы все еще жили вместе в квартире твоего приятеля Джо, когда его уволили. Он и раньше навещал нас там, но никогда здесь.

– Когда я ехал к тебе, я разговаривал по телефону с Беккером, и он рассказал мне о Миллсе. Он получил информацию обо всех нас. Он снабжал Броди информацией все время, а не только в последние двадцать четыре часа.

– Это ужасно, – я провел рукой по его щеке, затем отодвинул волосы с его лица, просто желая прикоснуться к нему.

– Миллс сказал Броди, что Илай проведет пресс-конференцию до того, как все будет объявлено, и он позвонил Броди, чтобы сказать, что Ян покидает здание. Миллс видел всех нас каждый день, когда мы проходили мимо него в его офисе внизу.

– Я не могу представить, как можно держать такую обиду, – сказал я, придвигаясь ближе, и мне понравилось, что Боди провел рукой по моей шее. – То есть, я понимаю Броди. Карьере, которую, как он думал, ему предстояло сделать, пришел конец. Но Миллса всего лишь понизили в должности. Он по-прежнему работает в службе маршалов. Это безумие, что он связался с Броди.

– Но у них был общий враг в лице Сэма Кейджа.

– Что, опять же, безумие, – ответил я ему, а затем улыбнулся, когда он наклонился вперед и поцеловал меня.

Это не было тем издевательством, которое он устроил мне раньше; это было нежно, но собственнически, и он не торопился и целовал меня тщательно.

– Мы все еще здесь, – позвал Беккер.

Боди прервал поцелуй, чтобы рассмеяться, и я захихикал вместе с ним.

– Эта пицца отправляется в мусор, – крикнул Беккер. – Кто ест это дурацкое ананасовое дерьмо?

– Хорошо, – сказал Боди, поворачивая голову, чтобы ответить. – Это хуже всего.

– Хей, – прошептал я, и его взгляд вернулся к моему.

– Я знаю, что ты испугался.

Он вздохнул.

– Мы просто... Это совсем новое, Джед. Я не могу тебя потерять. Я не могу быть так близко ко всему, что я хотел, и потерять.

Я кивнул.

– У меня было туннельное зрение, когда я вошел.

– Как и раньше, – напомнил я ему. – Если смотреть на все и на всех, можно что-то упустить или пораниться.

– Да, – прошептал он, – но как только он упал и я увидел тебя, я вроде как отключился.

– Ну, – сказал я, ухмыляясь, – нам обоим действительно нужен отпуск.

– Да, нужен, – согласился он, рывком подвинулся ко мне и перевернул меня на спину, так что я оказался под ним, а он навис надо мной, положив руки на кровать по обе стороны от меня.

– О, Боже, пожалуйста, скажи мне, что меня сейчас изнасилуют.

Но в этот момент он повернул голову, и Цыпа лизнул его в нос.

– Серьезно? – сказал он собаке.

Я чуть не задохнулся от смеха.

****

Команда техников получила все, что им было нужно, а это не так уж много. Я был свидетелем, есть запись того, как Броди был в моем доме, а у парней из спецназа, которые следили за Боди, Дорси и Райаном в моем доме, были нательные камеры, которые запечатлели проникновение. Так что отчеты, которые мы написали, были вполне самоочевидны. Мой был длиннее, чем у Боди, поскольку мне пришлось добавить, что произошло до их прихода.

– Почему ты просто не выстрелил ему в лицо, когда он стоял на крыльце? – спросил Боди, наклонившись в сторону, чтобы прочитать мой отчет, когда мы сидели вместе в кровати.

– Ну, для начала, мы не стреляем в людей хладнокровно, – напомнил я ему.

Он хмыкнул.

Боже, он был милым.

– Не милый, – хмыкнул он.

– Я что, сказал это вслух?

После того как уборщики ушли около часа ночи, Боди приготовил для меня еду, чего раньше никогда не делал. Я получил яичницу с сыром - сыром, посыпанным сверху, а не внутри. Все эти штуки с переворачиванием были не в его репертуаре. Зато был бекон, к которому Цыпа захотел присоединиться, хотя уже поел, и тосты, которые он приготовил в духовке, так как нарезал для меня закваску. Был яблочный сок, потому что он любил именно его, а не апельсиновый, утверждая, что яблочный легче для желудка.