– А кстати! – вспомнил вдруг Сириус. – Регулус, что слышно от Гринграсса? Он же, вроде бы, тоже с кем-то ведет переговоры.

– Ведет, - подтвердил Регулус. – Он вышел на почетного консула[3] Дал Риада[4] во Франции. Если выгорит, получим еще какое-то количество галлоглассов[5]. Они серьезные бойцы.

Олег знал, «почетный консул Дал Риада» — это принятый в магической Галии эвфемизм, за которым скрывался представитель «политического крыла» запрещенного в магической Великобритании Фронта освобождения Альбы[6]. Если в магловской Шотландии крупнейшей парией, борющейся за независимость, является насквозь легальная Шотландская Национальная Партия, то в магической Дал Риада – дела обстояли куда серьезнее. Там действовала полулегальная ФОА, имевшая среди прочего боевое крыло и этим сильно напоминавшая ирландскую ИРА[7]. В ФОА, как и в ИРА имелись свои боевики, но сейчас в Шотландии было затишье: Темный Лорд представлялся куда более серьезной проблемой, чем Министерство магии Объединенного королевства. Однако Регулус имел в виду особую группу шотландцев, тех, кто находился в эмиграции. И это действительно был неплохой резерв.

– Что ж, - сказал он, подводя итог, - направления работы понятны, осталось все это выполнить, воплотив в жизнь.

– Есть еще кое-что, если позволите, - Северус так и не смог пока переступить через себя и начать общаться, как все. У него все еще сохранялась, свойственная ему с детства холодная, окрашенная сарказмом манера общения, которую по временам сменял обычный официоз.

– Мы тебя внимательно слушаем, - посмотрел на него Олег.

– Я немного помогаю нашим дамам… - сообщил Северус хорошо всем известную здесь «новость». – У Вальбурги, Мод и Беллатрикс, кажется, появились первые успехи. В библиотеке Блэков найдена недостающая часть твоего гримуара, Берт. Там есть кое-какие разъяснения к ритуалу «открытия врат», которых им не хватало, чтобы понять общий механизм Перехода. Если добавить к этому, ту книгу на древнееврейском языке, которую вы с Мод нашли в Кротоль д’Э… Я как раз сейчас пытаюсь найти адекватного переводчика… В общем, я думаю, мы на правильном пути, но убежища готовить надо в любом случае. И ваши Кротоль д’Э и Стейндорхольм[8] могут стать первыми из них.

– Наш Темный Утес тоже подойдет, - подсказал Регулус. – Но я бы еще обратился к старику Грейстоку[9]. Их род прервался. Он последний, и ему больше двухсот лет. Пусть усыновит кого-то из наших детей. А у Грейстоков на южной опушке леса Дин есть замок. Огромный замок, следует сказать. Меня туда дед как-то брал.

– Ну, вот и займись! – пожал плечами Сириус. – У тебя же как раз сын родился, пусть его старик усыновляет…

– Если никто не против… - пожал Регулус плечами.

– Да, ради всех святых и не святых! – поднял Сириус руки в защитном жесте. – Мне Блэков и Нёфмарш наследниками надо обеспечить. Хорошо еще, что Берт взял на себя род д’Э.

– Ни слова больше! – расхохотался Олег, на котором, благодаря Аннике, висело то ли три, то ли четыре рода. Хорошо еще, что не ему рожать! Впрочем, в мае-июне Лилс и Анника должны снова родить, и у них будет уже как раз четыре наследника.

«Можно будет взять тайм-аут на несколько лет и дать женщинам отдохнуть…»

Правда жизни заключалась в том, что для восстановления почти пресекшихся родов и для устойчивости линии наследования им нужно было, как минимум, еще по паре детей от каждой из его жен.

– Прошу прощения, господа! – нарушил ход его мыслей Каппи, неожиданно возникший посередине кабинета. – Кушать подано! Дамы ожидают вас за праздничным столом.

Меню сегодняшнего застолья занималась Беллатрикс, вспомнившая по случаю, что она природная англичанка саксонского происхождения с «незначительной» примесью норманнской и гэльской крови. Так что блюда, подаваемые на стол, были настолько аутентичными, насколько это было, вообще, возможно. Йоркширский пудинг[10] с ростбифом, жареный гусь и бифштексы, но, разумеется, гвоздем программы являлась индейка с каштанами и картофелем, тушёная брюссельская капуста и пироги с олениной. Дессерт тоже являлся национально английским: плам-пудинг[11], шотландский торт с миндалём, орехами, марципановыми фигурками и яблочный пирог-плетенка, кусочки которого подавались вместе с кусочками острого сыра сыр Венслидейл[12]. А вместо вина все пили барбадосский ромовый пунш[13].

Олегу, который в этом мире уже участвовал в нескольких рождественских и новогодних застольях, в то числе и в королевском дворце, меню, предложенное Беллой, пришлось по душе. Вот разве что пудинг… С пудингами у него по-прежнему были крайне сложные отношения, особенно с мясными[14]. Но Йоркширский пудинг, приготовленный ниссе, и, главное, отменный ростбиф примирили его даже с этими странными для нормального человека чисто английскими кулинарными извращениями. Но, в целом, было вкусно, обильно и весело, а когда он с другими мужчинами «отполировал» слабоалкогольный – поскольку в застолье участвовали беременные женщины, - пунш хорошим ирландским виски, настроение стало еще лучше. А о том, что «праздник удался», он догадался, когда ночью к нему в постель пришли сразу две слегка беременные красавицы. Так что, 1 января все трое спали до победного конца, то есть где-то до трех часов пополудни.

15 января 1980

Олегу очень не хотелось снова тащиться в Хогвартс, но делать нечего, ему надо было срочно переговорить с Дамблдором. Дело в том, что 12 января был опубликован «Декрет Крауча», объявлявший на всей территории Объединенного Королевства «Состояние войны». Однако в тесных рядах ДМП затесался предатель, сливший текст декрета Дамблдору и Ко. И получилось, что за несколько часов до объявления «Состояния войны», Визенгамот, собравшийся на чрезвычайную сессию аж в пять часов утра, принял постановление, запрещающее замораживание деятельности Визенгамота в связи со сложной внутриполитической обстановкой в стране. Поэтому, когда Крауч все-таки разразился своей «декларацией», было уже поздно. Его декрет не мог прекратить деятельность Визенгамота, а тот, в свою очередь, наложил на декрет вето, причем за вето в едином порыве проголосовали, как пожиратели, так и фениковцы. И вот теперь, Олег вынужден был переться в северную Шотландию к лидеру светлых, чтобы уговорить Дамблдора отозвать подписи его фракции с документа о приостановке действия «Декрета Крауча». Встречаться с Великим Светлым не хотелось от слова совсем, но нужда заставила, тем более что у Олега, как ни странно, было в загашнике несколько довольно сильных аргументов, способных поколебать решимость Дамблдора. Не сказать, что ему хотелось использовать настолько одиозные рычаги давления, но, как говорили древние, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

– Директор, - поклонился Олег.

– Лорд Сегрейв!

– Вы играете в шахматы, директор?

– Шахматы?

– Хотя бы знакомы с принципом игры?

– Более чем, - улыбнулся Дамблдор. – Я играю в шахматы, причем, не только в магические.

– Отлично! – вернул улыбку Олег. – Предлагаю блиц!

– Что-то новенькое, - сверкнул Дамблдор стеклами своих очков-половинок.

– Итак дано, - не останавливаясь перешел Олег к делу. – Белые делают первый ход: Е2 – Е4. Я имею в виду «Декрет Крауча».