– Есть, - коротко ответила старушка Ниссе, старавшаяся не нарываться. Прошлого конфликта ей, видимо, хватило за глаза.

– Тогда, чеддер. Пинту[16] сидра и что-нибудь сладкое.

– Бисквиты? Шоколад? Джем?

– Все, что назвала, - решил Олег, начиная раздеваться прямо в спальне. – Джем малиновый.

Он подумал с минуту, остановившись у открытой двери в ванную комнату.

– Сидр отменяется, - сказал, несколько скорректировав свои планы.
– Приготовь бутылку с минеральной водой и много черного кофе. Так будет лучше.

– Торар, - продолжил сибаритствовать Олег, когда вошел в ванную комнату. – Бокал виски и сигару, пожалуйста.

Он стянул с себя трусы и спустился в бассейн с горячей, пахнущей какими-то полевыми цветами водой. Вода была обжигающе горячей, цветочный аромат тонким.

– Благодать!

– Ваш виски, господин граф!

«Боги! – покачал Олег головой, даже не пытаясь скрыть своих чувств.
– Ну, сколько можно? Вот ведь упертые создания!»

– Еще пара таких выступлений, Торар, - сказал он вслух, - и я разорву контракт. Местные домовые эльфы, конечно, мерзота, но они не устраивают демонстраций и не подставляют своих хозяев. Пошел вон!

Торар бросил на него печальный взгляд и испарился, но на подносе, поставленном рядом с краем ванны, беззвучно появились хрустальный стакан типа олд фэшн, наполовину наполненный старым виски золотисто-янтарного цвета, пепельница, гильотинка и сама сигара в алюминиевой тубе-футляре.

«Так-то лучше!»

Олег развинтил тубу и достал из нее сигару. Она была невероятно ароматной, длинной и толстой, то есть такой, какую кубинцы называют corona grande[17]. Правда, Олег не собирался курить ее полтора часа, - как обещал производитель, - но полчасика он вполне мог себе позволить. Время не поджимало, и поэтому неторопливо раскурив сигару, он пригубил виски, смакуя вкус и запах, и бросил рассеянный взгляд на панно с видами подводного мира. И, как это часто случается с творческими людьми, какая-то левая ассоциация, промелькнувшая вдруг в голове Олега, «высветила» проблему Гарри Поттера, показав ее совсем в другом свете и с другой стороны. Олег вспомнил, наконец, о чем он мельком подумал, когда говорил с Лили и Джеймсом. Тогда ему показалось, что ответ на вопрос, что не так со всей этой историей, находится где-то рядом. Но ничего конкретного в тот раз не вспомнилось и у Олега не появилось никаких новых идей. И сейчас бросил взгляд на абстрактное панно, и вот он ответ, хотя, видят боги, ничто на этом панно, казалось бы, никак не связано с проблемой, которую он подспудно все время обдумывал.

Когда-то уже давольно давно, в первый год их учебы в Хогвартсе, Олег наткнулся в библиотеке на книгу с весьма необычным названием «Прогностическая арифмантика и Герменевтика[18] Предсказаний и Пророчеств». Он тогда всего лишь пролистал эту книгу, но тема интерпретации предсказаний, самореализующихся пророчеств и прочей галиматьи его не заинтересовала, и он вернул книгу на полку. Однако сейчас он вспомнил не только саму эту книгу за авторством Гекатея из Норбонны, но и другие книги, стоявшие на той же полке.

«Контекст!» - согласился Олег с ходом своих рассуждений, и начал кропотливо восстанавливать картинку, зрительный образ тех корешков, которые он тогда увидел и неосознанно запомнил. Не в подробностях, но в достаточной мере, чтобы его подсознание «сделало некоторые выводы».

Итак, это был один из шкафов в дальней части третьего библиотечного зала. То есть, книга находилась в практически заброшенной части хранилища, куда были сосланы труды по таким непопулярным областям магии, как философия волшебства, национальные вариации магии, - кажется, там были книги по африканской, индийской и славянской магии на языках оригинала, - теория предсказаний и прочее в том же духе. Но тот конкретный шкаф… Олег оказался в той части библиотеки, потому что там можно было без помех пообжиматься с какой-нибудь славной девушкой. Кто это был контретно в тот день, Олег не помнил. Зато вспомнилось, что когда девушка ушла, он еще пару минут походил вдоль шкафов и…

«В отличие от других, собранных в этой секции фолиантов, книги на той полке выглядели… Свежими?»

Нет, не свежими, а актуальными. Их брали, ими пользовались. Из-за этого контраста Олег, собственно, и заинтересовался той полкой и, вынув одну из книг, пролистал ее из чистого любопытства. И вот теперь он медленно, - шаг за шагом, - вспоминал, какие еще книги стояли рядом с «Прогностической арифмантикой». А стояли там весьма любопытные книги: «Структура и Арифмантические Способы Расчетов и Конструирования Истинных и Ложных Пророчеств», «Научное Предсказание и его Отличия от Спонтанных Пророчеств», «Арифмантическая Рука Демиурга[19]». И получалось, что…

«А ведь это могло бы объяснить все странности этой чертовой истории!»

К сожалению, Олег не был специалистом в этой области магического знания, и, более того, он знал арифмантику на уровне школьной программы, а теорию и практику предсказаний не знал вовсе, так как вообще не брал этот курс. Однако, за годы занятий не самыми простыми разделами магии, он нахватался тут и там всякого-разного. Так что сейчас у него возникла непротиворечивая, на первый взгляд, теория.

«Возможно, - думал он, - действительно имело место некое пророчество типа, «и ни один из них не будет знать покоя, пока жив другой», но значит ли это, что пророчество это является руководством к действию? Истинно ли оно? Можно ли его непротиворечиво интерпретировать?»

Могло случиться и так, и эдак, однако такой хитрый лис, как Дамблдор, мог решить, что «нельзя ждать милостей от природы»[20]. Если так, и старик все не просто придумал, а произвел все предварительные расчеты относительно интерпретации смутных предикаций[21] некоего пророчества, он мог вывести арифмантически даже такие странные условия реализации пророчества, как имя ребенка и характеристики его родителей. Вопрос, для чего ему это нужно? К чему настолько детализированные условия?

«Ну, например, чтобы заманить Волан-де-Морта в ловушку и прихлопнуть его там наверняка…»