Поскольку он давал ей время для себя, Аттикус сказал, что они увидятся в воскресенье — и отказ не подразумевается.

Она улыбнулась. Ей даже в голову не пришло отказываться.

Напевая под нос и толкая тележку, Джин завернула за угол и остановилась в удивлении.

Аттикус стоял у корзины с апельсинами.

Положив руку ему на грудь, высокая стройная брюнетка заглядывала ему в глаза:

— Так что ты делаешь на следующих выходных, Аттикус?

Джин сцепила зубы. «Не трогай моего мужчину».

Но он не ее мужчина. Официально он не ее, с какой стороны ни посмотри. Они на самом деле вместе?

Она боялась спросить.

К облегчению Джин, Аттикус ответил:

— Прости, детка. У меня есть планы, — он отошел в сторону и заметил Джин, — Джин.

Женщина оглянулась через плечо и фыркнула. Повернувшись, она провела ладонью по груди Аттикуса.

— Позвони мне, если освободишься, дорогой, — нарочито покачивая бедрами, она взяла апельсин и ушла.

Аттикус не посмотрел ей вслед. Вместо этого он подошел к Джин.

— Ты покупаешь продукты, чтобы приготовить мне завтра что-то замечательное?

«Почему он меня не поцеловал?»

— Конечно, — ответила она напряженным голосом. «И не обнял. Ничего. Он соблазнится этой женщиной? Может быть». Они не обсуждали ни моногамность, ни даже отношения. И… у нее заныло под ложечкой. Домы не всегда следовали тем же правилам, которые устанавливали для своих сабмиссивов, да?

— Такое впечатление, что все закупаются на этих выходных, — сказал он. — По-моему весь «Серенити» столпился в мясном отделе.

— Ой, — слегка вздрогнув, Джин решила избегать мясного отдела, хоть ей и нужны гамбургер и курица. Она не видела Бекку с той сцены на стоянке у большого дома. После того, как случайно встретившийся на улице Джейк лишь коротко кивнул ей, она избегала Кайли и Саммер и сбрасывала их звонки.

— Есть что-то, что я должен знать? — мягко спросил Аттикус. Она почувствовала в этом вопросе искреннюю заботу.

— Конечно, нет, — она отвернулась и поколебалась: — Ты… Я хочу сказать, мы… — она ведет себя как подросток. — Хочешь прийти ко мне сегодня? Я могу что-нибудь приготовить. Сделать тебе… Хочешь стейк? — она может купить парочку стейков, когда покупатели разойдутся и…

— Стоп, — поджав губы, он наступал на нее, пока ей не пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ей в лицо, — сделай глубокий вдох.

— Что?

— Что, в самом деле? — сердито сказал он. — Джин, ты предлагаешь поужинать, потому что тебе нравится для меня готовить или потому что ты боишься потерять то, что между нами есть?

— Я… я очень люблю готовить, — но не сегодня. Она с нетерпением ждала, когда останется одна, займется всякими девчачьими делами и будет писать в дневник.

Почему она пригласила Аттикуса прийти?

Господи, она идиотка. Джин закрыла глаза, чувствуя, как внутренний голос говорит ей, что она ему даже не нравится, что он не захочет ее, если она не будет удовлетворять все его желания.

А сейчас она собирается разрыдаться посреди продуктового магазина. Она часто заморгала. Ее дыхание стало прерывистым.

— Полегче, маленькая магнолия, — крепкими руками он притянул ее к себе, в теплые и сильные объятия. Его дыхание согревало ей ухо. — Расскажи мне, детка.

— Я испугалась, — призналась она, уткнувшись в фланелевую рубашку. — Эта женщина ужасно красивая, а ты до меня даже не дотронулся, и я подумала, может быть, ты не хочешь… меня.

Он понимающе хмыкнул, крепче ее обняв.

— Понял, — он ткнулся носом в ее щеку. — Я не знал, понравится ли тебе как психологу афишировать наши отношения. В конце концов, ты тут в тюрьме работаешь.

— О, — она прильнула к нему. На самом деле, она была довольно сдержанной, но это Аттикус. — Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне. Даже когда вокруг другие люди.

— Буду иметь в виду. Что касается других женщин, они меня не интересуют. На тебя уходит все мое время, и мне это нравится.

Счастье расцвело в ее душе.

— И мне тоже.

— Хорошо, — он отодвинулся. — Маленькая, ты сможешь запомнить вот этот ощущение и распознать его в следующий раз.

— Да. Возможно… Знаешь, из тебя бы вышел отличный мозгоправ, Аттикус, — добавила она.

Услышав его рык, она захихикала.

— Продолжай в том же духе, детка, и мы попробуем терапию избегания. Хорошая порка или…