— Сегодня утром я говорил с детективом Муром, — начал Уордлоу, когда они шли по коридору.

— Мы сообщили ему, что летим на встречу с вами, — сказала Джейн.

— Он сказал, что вам можно доверять. — Уордлоу полез в карман за ключами, но вдруг замер и взглянул на посетителей. — Мне нужно было узнать, кто вы такие, поэтому я наводил справки. Значит, вы понимаете, что происходит.

— На самом деле мы совершенно не в курсе, — возразила Джейн. — Мы как раз пытаемся разобраться.

— Да? — Уордлоу усмехнулся. — Ну, тогда мы друзья по несчастью. — Он открыл дверь и пригласил их в маленький конференц-зал. На столе стояла картонная коробка с папками, помеченная номером дела. Уордлоу показал на нее. — Видите, сколько у нас материалов. Я не смог все скопировать. Муру я отослал только то, что счел самым важным на сегодняшний день. Это дело с самого начала дурно пахло, и мне нужно быть полностью уверенным в тех, кто увидит эти материалы.

— Может, вам нужны еще какие-нибудь рекомендации? — вспылила Джейн. — Что ж, пожалуйста, поговорите с любым полицейским из нашего отдела. Они все обо мне знают.

— Речь не о вас, детектив. С копами у меня нет проблем. А вот с ребятами из Бюро… — Он посмотрел на Габриэля. — …вынужден держать ухо востро. Особенно с учетом того, что здесь творится.

Габриэль ответил холодным непроницаемым взглядом. Это выражение лица было хорошо знакомо Джейн со дня их первой встречи. Оно помогало Габриэлю держать людей на расстоянии.

— Если у вас есть сомнения насчет меня, детектив, давайте обсудим это сразу, а потом уж перейдем к делу.

— Почему вы здесь, агент Дин? Ваши люди уже изучили все наши материалы.

— Что, ФБР и здесь подсуетилось? — изумилась Джейн.

Уордлоу взглянул на нее.

— Они попросили копии всех документов. Каждой бумажки из этой коробки. Якобы они не доверяют нашей криминалистической лаборатории, поэтому привезли своих специалистов для изучения вещественных доказательств. Федералы все осмотрели. — Детектив снова повернулся к Габриэлю. — Если у вас есть вопросы, почему бы вам не обратиться к своим коллегам?

— Поверьте мне, я ручаюсь за агента Дина, — сказала Джейн. — Я его жена.

— Да, Мур мне говорил. — Уордлоу рассмеялся и покачал головой. — Федерал и коп. По мне, это все равно что кошка замужем за собакой. — Он полез в коробку. — Ладно, вот то, что вы просили. Следственные материалы. Протоколы осмотра места преступления. — Он доставал папки одну за другой и выкладывал их на стол. — Отчеты из лабораторий, протоколы вскрытия. Фотографии жертв. Ежедневные отчеты. Пресс-релизы, вырезки из газет… — Он остановился, словно вдруг что-то вспомнил. — У меня есть еще кое-что интересное для вас, — сказал он и направился к двери. — Сейчас принесу.

Вскоре он вернулся с видеокассетой.

— Я держу ее у себя в столе на замке, — пояснил он. — Поскольку в этой коробке рылись федералы, я подумал, что лучше сохранить кассету в надежном месте. — Он подошел к шкафу и вывез оттуда столик с телевизором и видеомагнитофоном. — Поскольку мы находимся недалеко от Вашингтона, нам иногда приходится сталкиваться с делами, которые… отдают политическими проблемами, — признался он, разматывая шнур. — Знаете, народные избранники иногда пошаливают. Несколько лет назад погибла жена сенатора — ее «Мерседес» перевернулся на дороге. Проблема была в том, что мужчина, сидевший за рулем, не был ее мужем. Хуже того, тот парень работал в русском посольстве. Вы бы видели, с какой скоростью ФБР село нам на хвост. — Он подключил телевизор и обернулся к посетителям. — С этим делом у меня возникает ощущение дежа-вю.

— Вы думаете, здесь пахнет политикой? — поинтересовался Габриэль.

— Вам известно, кто является настоящим владельцем того дома? Нам понадобилось несколько недель, чтобы выяснить это.

— Дочерняя компания «Баллентри».

— Это и есть политика. Речь идет о неком Голиафе из Вашингтона. Большом друге Белого дома. Крупнейшем военном подрядчике. В тот день я и понятия не имел, во что ввязываюсь. Пять убитых женщин уже ЧП. А если добавить сюда политику, вмешательство ФБР — черт возьми, можно готовиться к досрочному выходу на пенсию. — Уордлоу вставил кассету в магнитофон, взял пульт управления и нажал на кнопку воспроизведения записи.

На телеэкране замелькали запорошенные снегом деревья. Был ясный день, и лед искрился на солнце.

— Звонок в службу девять-один-один поступил около десяти утра, — пояснил Уордлоу. — Звонил мужчина, назвать себя отказался. Просто хотел сообщить: что-то случилось в доме на Дирфилд-роуд и просил прислать наряд полиции. На Дирфилд-роуд домов не так много, так что полицейскому патрулю не составило труда отыскать это здание.

— Откуда был сделан звонок?

— Из таксофона, который находится примерно в тридцати километрах от Эшбурна. Отпечатки, которые мы сняли с телефонной трубки, не помогли нам установить личность звонившего.

На телеэкране возникло несколько припаркованных автомобилей. На фоне гула мужских голосов выделился голос оператора, который начал комментировать:

— Сегодня четвертое января, съемка начата в одиннадцать часов тридцать пять минут. Адрес дома — Дирфилд-роуд, девять, Эшбурн, штат Вирджиния. Присутствуют детектив Эд Уордлоу и я, детектив Байрон Макмэон…

— Мой партнер снимал все на камеру, — пояснил Уордлоу. — Это вид подъездной аллеи, ведущей к дому. Как видите, кругом лес. Никаких соседей поблизости.