Меррик прочистил горло и отвел взгляд.

— В общем, Китти спросила, не принесешь ли ты ей обезьяний хлеб. Понятия не имею, что это такое, но ты, вероятно, знаешь.

Я улыбнулась.

— Это что-то вроде булочки с корицей, но в форме кекса. Моя бабушка готовила его с печеньем в южном стиле и большим количеством липкой сахарно-коричной глазури. Не совсем здоровое блюдо, но всем очень нравилось, особенно Китти.

— Где мы его возьмем?

— Приготовим. Это недолго. Если есть все, что нужно, я успею собраться в больницу, пока он печется. — Я открыла холодильник. — Только одна пачка сливочного масла, а мне надо больше.

— Составь список. Я куплю.

— Тебе не сложно?

— Вовсе нет.

— Хорошо. — Я написала, что нужно. — Пока ездишь, приму душ, чтобы не тратить время.

Он кивнул.

— Звучит как план.

• • •

Я высыпала ингредиенты в миску и начала смешивать тесто.

— Могу задать тебе вопрос?

— Нет. — Меррик усмехнулся. — Всякий раз, когда так спрашиваешь, ты хочешь покопаться в моих мозгах.

— Ты преувеличиваешь.

Он отхлебнул кофе.

— Я просто дразнюсь. О чем вопрос?

— Прошлой ночью ты сказал, чтовам не помог психотерапевт. Можешь рассказать, почему так считаешь? Я не пытаюсь выведать подробности. Мне, как психологу, интересно, как ты это объясняешь.

Меррик обвел пальцем край кружки.

— Если пациент не хочет признавать, что у него есть проблемы, то врач вряд ли может помочь.

— Ты про Амелию или себя?

Он пожал плечами.

— Теперь уже и не знаю. Я считал, что у меня нет проблем, а к психологу предложил пойти, надеясь, что он поможет Амелии. Она окружила себя стенами и никого не пропускала внутрь.Наверное, я решил, что психотерапевт сумеет с этим разобраться.

— Как Амелия относилась к терапии?

— Оглядываясь назад, думаю, она делала то же, что и я: ходила к психотерапевту, чтобы он помог мне.

— Она считала, что тебе нужна помощь?

— Я не понимал, почему она не пропускает меня за свои стены, а она — почему я так хочу туда попасть.

Я кивнула.

— Семейная терапия так не работает. Нельзя прийти и сказать: «Со мной-то все в порядке, это вы ей или ему помогите». Нужно идти с настроем,что это поможет тебе.

Меррик отсалютовал мне кружкой.

— Вот почему я не хотел, чтобы мои сотрудники посещали психолога в обязательном порядке. Они должны верить и хотеть, чтобы это сработало.

— Верно. То, что я делаю, не так уж сильно отличается от семейной терапии. Если представить, что сотрудники — это один партнер, а руководство — второй, то наша цель заставить обе стороны взять на себя ответственность за происходящее и внести изменения, чтобы избежать повторения в будущем. Точно так же, как в семейной терапии, если одна сторона думает, что во всем виновата другая, и просто ждет, когда она изменится, ничего не получится.

— Ладно. Я понял. Постараюсь быть более открытым. Могу теперь я задать тебе вопрос?

— Значит ли это, что ты пытаешься покопаться в моих мозгах?

Меррик улыбнулся.

— Учусь у лучших.

Тесто было готово, и я начала выкладывать его в форму.

— Какой у тебя вопрос?

— Кажется, ты с легкостью разбираешься в психологии, но при этом не заметила, что происходило с твоим женихом?

Я покачала головой.

— Никогда не слышал о сапожнике без сапог?

Меррик рассмеялся.

— Что-то слышал.

— Терапевты — обычные люди. Нас учат помогать другим, но в собственных отношениях мы, порой, просто слепы.

— Как снова научится доверять после всего пережитого?

— Ты спрашиваешь обо мне или себе?

Меррик пожал плечами.

— Я больше не уверен, док.

Я улыбнулась.

— Любовь — это всегда риск. Но когда появится подходящий человек, ты просто чувствуешь, что ради него стоит рискнуть.

Меррик посмотрел мне в глаза. Сердце забилось как сумасшедшее, а внизу живота вдруг стало разливаться тепло... Но тут зазвонил его телефон.

— Бабушка. Наверное, хочет убедиться, что спросил про обезьяний хлеб.

Не отрывая от меня глаз, он поднес телефон к уху.

— Привет, бабуль, как дела? — Он улыбнулся, слушая ответ. — Эви как раз его готовит.

Я поставила противень в духовку и установила таймер. Момент был испорчен, но это к лучшему. Меррик, казалось, тоже не горел желанием продолжать разговор после того, как закончил болтать с Китти.

— Пойду приведу себя в порядок.

Он кивнул.

— Мне нужно сделать пару звонков, до того, как поедем в больницу. Япослежу за таймером.