Слишком близко.

Ближе, чем когда-либо с той ночи.

– Спасибо, – сказала я, но наконечник на забрала: не знала, могу ли доверять Эли.

Он смотрел на меня так, словно мог заглянуть мне в голову и увидеть, какой беспорядок там творится. Взял мою руку, осторожно разжал и положил наконечник на ладонь, а потом нежно сжал.

Между нами было два слоя перчаток, и я едва ощущала тепло, но Эли держал меня так, будто имел на это полное право.

Мое сердце забилось где-то в горле, а к щекам прилил жар.

– Ты думала об этом так же много, как и я? – голос у него был хриплым, скрипучим из-за того, чему я не решалась дать название, но могла бы легко определить состав.

– Я не знаю, как много ты думал об этом.

Он тихо рассмеялся.

– Много.

– Тогда, да. – Я облизнула губы, и почти взмолилась, чтобы Эли не смотрел на мой рот таким взглядом.

– Я хотела бы, чтобы был способ закончить это.

– Рута, – он сглотнул,– думаю, есть способ.

– Какой?

– Ты его тоже знаешь.

Да, знала. То, что мы начали тем вечером, еще не закончено. Ничего еще не закончено.

– Это плохая идея.

– Разве?

– Ты из «Харкнесс». Я из «Клайн».

– Верно, но прямо сейчас мне насрать на «Харкнесс», на «Клайн», – его голос звучал самоуничижительно, словно ему не нравились собственные чувства, – и на все другое, кроме...

«Тебя, меня, нас…»

Я хотела, чтобы он это произнес, и в тоже время ненавидела себя за это.

– Не думаю, что ты мне нравишься как личность. Мне определенно не нравится то, что ты делаешь, и я не уважаю это.

Если ему и было больно, он этого не показал.

– К счастью, это совсем не обязательно.

Он был прав. Я закрыла глаза и представила, что говорю «да». Представила тот самый способ, которым можно все закончить. Как это было бы приятно, и какой покой и удовлетворение я почувствую потом. Ни его имя, ни голос, не будут вызывать у меня никакой мгновенной, неконтролируемой реакции.

Я могла бы это сделать, а потом перестану его хотеть. Так было всегда: я ведь никогда не повторяюсь.

Однако…

– Флоренс бы это не понравилось.

Впервые Эли казался искренне расстроенным.

– И это для тебя важнее всего? Одобрение Флоренс?

– Не ее одобрение. Ее благополучие.

Он медленно откинул голову назад.

– Хорошо. – Он выглядел разочарованным, возможно, во мне, но говорил небрежно. Это несоответствие раздражало, даже когда он слегка сжал мои пальцы в последний раз. – Тогда, может быть, тебе следует знать, что...

Он не закончил предложение. Потому что дверь открылась без предупреждения, и на пороге застыли Флоренс и Джей, смотря на нас сверху вниз.

ГЛАВА 8. КАК НАЧАТЬ НОВУЮ КНИГУ, НЕ ДОЧИТАВ ТУ, ЧТО УЖЕ ВЗЯЛА В БИБЛИОТЕКЕ

РУТА

– Все было не так, как ты думаешь, – сказала я позже тем же вечером, накладывая зеленую фасоль на край тарелки так резко, что звон эхом разнесся по гостиной.

Обычно я с нетерпением ждала ежемесячные ужины с Флоренс и Тиш. Это было весело и не противоречило моим пунктикам насчет еды и общения.

Только сегодня вечером мне было не очень весело.

– Это вообще ничего не значило, – я постаралась говорить ровно, чтобы не выглядеть пятилетней девочкой, которая обмочилась в кровати, хоть и заверяла маму, что ей не нужно сходить на горшок перед сном.

– Я слышала другое, – Тиш помахала передо мной фасолинкой, – что вы с Эли Киллгор страстно обнимались на полу лаборатории у камеры влажности.

Джей и его болтливый язык. Даже парень, который раз в неделю приходил пополнять запасы в торговых автоматах, несомненно, был в курсе сегодняшних событий. Группа «Клайн» в WhatsApp, к которой я так и не удосужилась присоединиться, вероятно, уже заказала фан-арт.

– Никаких объятий не было.

– Зачатие без объятий. – Тиш погладила подбородок. – Сюжет усложняется.

– Мы просто искали наконечник для пипетки.

– К сожалению, сюжет сужается, – она сдулась.

– Ты уже взрослая, Ру, – голос у Флоренс был теплым от понимания, но я слышала нотки неудовольствия, которые она не смогла скрыть. – Тебе не нужно оправдываться.

– Не говоря уже о том, что это происходило в лаборатории и, следовательно, было проявлением крайне непрофессионального поведения, из-за которого отдел кадров заставил бы нас пройти годы дополнительного обучения по борьбе с сексуальными домогательствами, – Тиш с наслаждением откусила кусочек.