Однако это была официальная версия. По неофициальной же почти всем было известно, что Антонина в свои преклонные годы развлекалась как могла. У нее было сразу несколько любовников возрастом около двадцати лет. И в момент смерти она как раз резвилась с одним из них в спальне.

— Ты там долго еще будешь искать? — спросила она игривым голоском загорелого садовника Серхио.

— Даже не знаю, как сказать, малышка, потерпи, — выглянул он у нее между ног с фонариком. — Если как следует все раскатать в разные стороны и подвязать, чтобы не болталось, то должно получиться. Но на это нужно время.

— Поторапливайся, а то скоро мой недалекий сын приедет домой и не менее сообразительный внук, — взмахнула ручкой Антонина. — Их вечно волнует, куда я трачу столько денег. Они вообще не смеют спрашивать меня об этом: я старше их. А то, что Иван глава Рода, — это просто смехотворно. Ни одного решения без мамочки принять не может.

Она вальяжно полулежала, закидывая себе ягоды в рот одну за другой.

— О, камется, я машел! — промычал невнятно у нее между ног Серхио.

Ягода как раз падала в этот момент в рот старой как мир баронессы, и она вскрикнула от радости, что Серхио удалось найти то, что он так упорно искал. В итоге она подавилась ягодой: не вовремя Серхио нашел, получается.

Он пытался ей помочь, но безуспешно — было уже поздно. Перепуганный до смерти, он убежал через окно прочь.

Сейчас она лежит вся такая бледная и неподвижная среди своих родственников, а ее внук Борис с кучей веснушек на лице, сидя на стуле, рубился в портативную игровую приставку для телефона.

— Ладно, дорогой, нам всем нужно немного поспать перед похоронами, а то потом предстоит долгая дорога, — тетка тем временем обняла Ивана. — Держись!

И родственники начали понемногу расходиться, пока не остались только барон со своим сыном.

— Отец, может, я тоже пойду спать? — пробубнил Борис.

— Знаю я, как ты пойдешь спать: до утра опять будешь в свою ерунду играть, — Иван дал сыну подзатыльник. — Ты останешься со своей любимой бабулей и просидишь с ней до утра, как положено. А я пойду в свой кабинет: у меня есть над чем поразмыслить. Дел невпроворот, хоть вешайся.

— То есть я должен с мертвой старушенцией здесь до утра торчать? Это что за кринж? Полный отстой! А ты сам умно придумал: слинял и все. Но она ведь твоя мать, а не моя, — сын начал возмущаться и получил второй подзатыльник.

— А это я, пожалуй, тоже у тебя заберу, — отец вырвал у него из рук приставку и пошел прочь.

— Ты издеваешься? — развел руками Борис. — Я теперь здесь рядом с бабкой должен от скуки помереть следом?

Иван ему ничего не ответил и с грохотом захлопнул высокие двери. Его сын, закинув руки за голову, стал смотреть на свою бабку при свечах. Он не знал, чем себя занять, но, правда, недолго.

— Раз, два, три, — принялся молодой барон считать маленькие усики у нее над верхней губой.

Но потом его взгляд быстро переключился на множество золотых колец на ее пальцах с бриллиантами.

— Ну и на кой черт бабке все это золото? — недоумевал вслух ее внук. — Я бы мог продать что-то из этого и себе новую модель видеокарты купить, да и не только. Батя все равно тот еще козел: не даст мне на это денег. И если исчезнет одно кольцо, никто даже не заметит.

Так что Борис подошел к гробу и стал пытаться стянуть с усопшей кольцо с драгоценным камнем, но пальцы ее так задубели, что ничего не двигалось с места.

— Ладно, а если так, — он решил немного помочь себе магией льда. — Сейчас по льду соскользнет как по маслу.

Но он не учел одного: Одаренный из него пока был крайне хреновый. Он переборщил с магией и, резко потянув за кольцо, оторвал бабуле палец.

И, упав на пол с ее ледяным пальцем, сам завизжал от страха, но быстро сообразил, что его могут услышать. Взяв себя в руки, он закрыл себе рот и постарался успокоиться.

— Блин, отец меня убьет, если увидит, что у его матери пальца нет, — вырвалось у него после того, как Борис поднялся на ноги. — И что я ему скажу? Что эта озабоченная женщина даже после смерти решила сама себя порадовать? Так сильно себя порадовала, что палец отпал? Жесть, как только отец, конечно, не верил во все эти слухи про нее? Это ведь ни для кого не секрет был, что она всех слуг у нас к себе в постель затащила. А хотя, вообще-то, старушка молодец: в свои девяносто так себя вести — не каждый сможет.

Но дальше трепаться вслух у Бориса времени не было: он начал усиленно думать о том, как приделать палец обратно. И придумал: ему пришла гениальная мысль просто приморозить его льдом.

В итоге он снова переборщил и превратил бабуле всю руку в лед, и она раскололась на тысячи кусочков. Увидев это, внук чуть сознание от страха не потерял и прикусил от ужаса пальцы.

Его сердце часто заколотилось, и добило его следом еще вот что: в помещении раздался женский ворчливый голос, прямо как у его бабули пару лет назад.