Шрифт:
Отводит в сторону полоску моего белья, слегка приподнимая над собой.
Я вроде бы нахожусь сверху, но совершенно не управляю ситуацией. Безропотно позволяю ему направить себя внутрь моего тела.
Входит медленно, придерживая член пальцами у основания. Когда он достигает конечной точки, я издаю громкий стон облегчения.
Упираюсь руками в спинку дивана за его спиной. Начинаю двигаться, направляемая Серёжиными руками, плотно обхватившими мои ягодицы.
Он полностью контролирует темп и глубину проникновения. Мне лишь остаётся послушно подниматься и опускаться, когда он велит.
Прыгаю на нём, запрокинув голову к потолку. Его дыхание обжигает мою шею. Полураскрытыми губами ведёт по сонной артерии. Кусает чуть повыше ключицы. В один из особенно ярких моментов сдавленно матерится.
Чувство наполненности изнутри достигает своего пика.
Когда Серёжа просовывает руку между нашими телами и начинает ласкать клитор, я уже почти готова кончить.
Но он не позволяет мне этого. Замедлившись, обхватывает моё лицо ладонями. Целует в губы нежно-нежно. Бережно…
Из его рта вырывается хриплое:
— Как долго…
Пытаясь прийти к развязке, нетерпеливо дёргаю бёдрами. Мышцы, отвыкшие от подобных нагрузок, как будто сводит.
Серёжа переворачивает меня на спину одним ловким плавным движением. Оказавшись под тяжестью его большого горячего тела, я в прямом смысле задыхаюсь.
Приподнявшись на локтях, стремительными и чёткими ударами он начинает вбиваться в меня.
Раздвигаю ноги шире и, выгнувшись дугой, хватаю ртом воздух.
Это слишком! Его, нас — как будто слишком!..
Последние разумные мысли покидают мою голову. Остаются только первобытные, примитивные движения наших тел.
Разносящиеся по комнате влажные пошлые звуки, прерываемые лишь общим судорожным дыханием.
Лихорадочный блеск в глазах.
Серёжа обнимает меня одной рукой под лопатками, притягивая к себе. В верхней части тела мы сейчас как будто плотно спаянные детали.
Движутся только наши бёдра, сталкиваясь друг с другом в каком-то прекрасном, первозданном танце.
Он безошибочно чувствует момент, когда оргазм настигает меня.
Припадает губами к моим губам — но не целуя, просто соединяясь. Усиливая там самым контакт наших физических оболочек.
Содрогаясь под ним, я чувствую пульсацию его члена внутри. Его тело сотрясает крупная дрожь, когда он падает сверху.
Нежно оглаживаю покрытые потом лопатки, плечи, шею.
Прикрываю глаза, улетая туда, где никого кроме нас нет.
Глава 29
Руслан и Людмила
Всю следующую неделю мы с Серёжей не видимся.
Он уезжает в столицу, на какую-то крупную конференцию рестораторов. Как я поняла, это мероприятие было запланировано давно.
С одной стороны, я рада, что мне, наконец, представилась возможность всё спокойно обдумать. Вдалеке от Алёхина и его странного на меня влияния.
А с другой… Как будто кусочек меня отрезали и увезли на эту грёбаную конференцию. Серёжи нет рядом всего несколько дней, а я уже безумно скучаю.
Но мы с ним постоянно переписываемся! Ну как, переписываемся… Я пишу — он отвечает. Коротко и по делу. Никаких тебе селфи на фоне столичных достопримечательностей. Или просто фоток с красивыми видами.
Вот так, неожиданно для себя, я узнаю, что Серёжа Алёхин отнюдь не поэт. Он не будет писать тебе длинные пространные смс-ки о чувствах и прочее. Поболтать ни о чём — это тоже не к нему!
Алёхин скорее предпочтёт созвониться по видеосвязи вечером из отеля. Нет, я, конечно, рада увидеть его бородатую физиономию. Но… вы понимаете. Всё-таки девушки любят ушами. И я — не исключение.
Единственное, что я осознаю предельно чётко и ясно с отъездом Серёжи: я в него влипла по самое «не хочу». Не знаю, как ему это удалось — так быстро подобрать пароль к моему сердечку. Такое чувство, что его там всегда ждали.
Отмахиваюсь от этих дурацких романтических мыслей, пчелиным роем набившихся в моей голове.
Какие сердца, какие пароли? Очнись, Ирин! Ты уже взрослая тётенька. Включай логику!
Это, конечно, прекрасно, что у вас с Алёхиным всё настолько прекрасно, но не забывай о том, что у тебя есть определённые цели в этой жизни. Любовь любовью, а ты у себя одна. И как ни грустно это признавать, Алёхин — тот ещё образчик мужчины. Взять хоть бы тысячу и одну из его нескончаемых женщин.
Нет, я безусловно верю, что он не будет мне изменять или обманывать. Без этой веры нечего и начинать.