Засучив рукава джемпера, достаёт на свет божий свёклу и морковь. Выуживает из морозилки кусок говядины в вакуумной упаковке.

Тут же приступает к готовке. Ловкие движения его рук словно гипнотизируют меня.

Это как ролики в нельзяграме. Только лучше! Вживую. Прямо тут, на моей кухне.

Шинкует морковь. Сочные ярко-оранжевые брусочки вылетают из под ножа, складываясь в небольшую горку.

— Где у тебя тимьян?

Открывает шкафчик.

— Чего?

Что это за абракадабра?

— Специя. Чабрец. Прованские травы? — терпеливо поясняет.

— Давай закажем доставку, — пожимаю плечами.

— Слишком долго ждать.

Серёжа снимает фартук, одному богу известно как оказавшийся на моей кухне. Никогда им не пользовалась.

— Я сбегаю в магазин. А ты следи за мясом, — кивает в сторону плиты.

Уходит стремительно. Скучающе болтаю ногой, сидя на стуле. Таскаю украдкой нарезанную Серёжей морковку. Мысли розовыми кроликами беспорядочно скачут в моей романтически настроенной голове.

Меня прерывает настойчивая вибрация телефона. Это Серёжин. Он оставил его на столе, впопыхах собираясь в супермаркет.

Рефлекторно смотрю на экран. Там… какая-то Люська.

Что за дурацкое имя?

Всплывающее уведомление.

«Мне скучно. Поговори со мной».

И улыбающийся смайлик с глазами, полными слёз.

Ревность стрелой пронзает мою грудь. Что ещё за Люська?

Сжимаю зубы, судорожно переводя дыхание. Я не буду делать преждевременных выводов.

И вообще. Мы полчаса как свернули на эту дорогу. Я не собираюсь сразу же превращаться в ревнивую собственницу.

Телефон опять пиликает. Абонент Люська прислал фото.

Какое ещё фото!?

Надо отвлечься. Иду к плите. Помешиваю мясо, слегка приподняв крышку и вдыхая аромат готовящегося блюда.

Телефон опять пиликает. Да твою мать!

Возвращаюсь к столу. Гипнотизирую взглядом этот ящик пандоры целую минуту, не меньше.

Осторожно протягиваю руку. Кончиком указательного пальца опускаю шторку уведомлений.

Она прислала своё фото в ванной. Объёмная белая шапка из пены на голове и немного на носу.

Она миленькая… И молоденькая.

Последнее сообщение гласит:

«Мне всё ещё скучно. Может приедешь?»

Твою мать, твою мать. Отдёргиваю руку, как будто обжёгшись.

Всё-таки я ошиблась. Нам просто необходимо поговорить!

Шум в прихожей. Серёжа вернулся из магазина.

Он бодро заходит на кухню. В руках пакет.

Выкладывает на стол покупки. Сыр, мясная нарезка, виноград. Бутылка вина.

— Где у тебя штопор?

Пока я роюсь в лотке для столовых приборов и достаю бокалы, он моет руки. Подойдя к плите, проверяет готовность мяса. Солит, перчит.

Ставит на соседнюю конфорку вторую сковороду. Отправляет туда морковь. Сыплет какие-то приправы, купленные им в магазине.

Я тем временем пытаюсь открыть вино. Мои руки слегка дрожат. Чёртова Люська не выходит из моей головы.

Серёжа останавливает мои бесполезные трепыхания. Обнимая сзади, целует в шею. Затем осторожно отодвигает в сторону.

— Дай, я.

Покорно отхожу. Взобравшись обратно на стул, наблюдаю за ним.

Твёрдой рукой он разливает вино по бокалам. Когда я тянусь, шутливо хлопает по моей кисти.

— А закусить? На голодный желудок пить — такое себе. Я не планировал провести этот вечер наедине с бездыханным телом.

Придвигает ко мне тарелку с нарезкой.

Сам в это время строгает свёклу в салат. Перемешивает её с ровными кубиками адыгейского сыра. Поверх бросает горсть рукколы.

Через пять минут передо мной красуется полностью накрытый стол. В шоке оглядываю этот импровизированный фуршет.

— Я, конечно, предполагала, что ты умеешь готовить. Но чтоб вот так… Такими темпами у меня разовьются комплексы.

Серёжа смеётся, чокаясь со мной бокалом.

— Ешь уже.

Утолив первый голод, допиваю вино. Запас моего терпения и мудрости исчерпал себя. Алкоголь поднимает любые «шлагбаумы», выпуская наружу все самые мерзкие мысли и сомнения.

— Серёж…

— М-м?

— А кто такая Люська?

Вскидывает на меня глаза.

— Почему ты спрашиваешь?

— Твой телефон… В общем, я была рядом, когда она написала.

Серёжа переводит взгляд на свой гаджет, всё ещё лежащий на столе, но не прикасается к нему. После небольшой паузы отвечает спокойно: