***

Неловко съежившись в углу каморки, на старом скрипучем табурете, не отвожу взгляда от большой фигуры Демира. Он усаживается в выцветшее кресло, которое когда-то принес сюда Вэл. Сложив руки в замок, упирается локтями в колени, слегка подавшись вперёд. Ко мне.

– Мирра, ты ведь не поверишь, что я - он скользит глазами по моему лицу, жадно впитывая каждую чёрточку. Но во взгляде проскальзывает нечто странное, словно он желает запомнить меня. Или это - страх, все больше подчиняющий меня себе?
– Искал тебя?

Мой подбородок дрожит от злости и подкатывающих к горлу рыданий. Только один Демир, господин и пленник, садист и нежный любрвник, - только он может вызвать во мне такую бурю эмоций. Мне хочется вскочить, броситься на него, вцепившись в это самоуверенное спокойное лицо ногтями..."А, может, впиться в его губы поцелуем?"- шепчет мне издевательски подсознание.

Пересилив себя, поднимаюсь:

– Если ты и дальше намерен играть со мной, я просто уйду.

Дура! Глупая наивная дурочка, отчего-то дающая этому злу во плоти шанс за шансом. Зачем? Мне страшно ответить на этот вопрос самой себе.

– Нет.
– тут же поднимается и он, глядя точно побитый щенок.- Пожалуйста, Мирра.- его рука тянется ко мне, замирая в нескольких сантиметрах. Он не двигается, будто спрашивая дозволения. Впервые не приказывая. Не требуя. И я сдаюсь.

– Говори. У тебя есть пять минут- потом я уйду.

2.17 Демир

Сложно пробиться через ту стену ненависти, которой окружила себя девушка напротив. Мирра. Мой мир. Мираж, за которым я словно безумный гонялся, не в силах поймать. Поиски шли днём и ночью, но так и не увенчались успехом. Казалось, Мирра исчезла, растворилась, а, может быть, и не существовала вовсе? Может, это - всего лишь жалкие попытки моего больного разума примириться с ужасающей реальностью? Той, где я был вынужден играть безумца, для которого человеческая жизнь ничего не значила? И Мирра, ее образ, стал для меня таким желанным спасением?

Но нет- она сидит напротив меня, напуганная, обозленная. Странно, но иногда замечаю, как её взгляд проходится по моему лицу, фигуре, подолгу задерживаясь на руках, губах. Будто Мирра желает, чтобы вместо бессмысленных слов и заверений я перешёл к действиям?

– Я...Не знаю, что тебе ответить.
– наконец, выдает она приглушенно. Табурет поскрипывает, когда она меняет позу. Теперь ее взгляд устремлён сквозь меня, на стену. Выражение лица такое потерянное, что хочется обнять её, утешить. Мирра смогла сделать то, чего не удавалось ни одной другой девушке до неё - достучаться до спрятанного глубоко внутри меня настоящего Демира. Вывести его на поверхность точно жителя заброшенного убежища, чтобы он, прищуривая слезящиеся от солнца глаза, неверяще озирался вокруг, никак не в силах осознать своей свободы.

Я так заигрался в злодея, что сам того не заметил, как сжился с образом. В тот день, когда сопротивление только решило сделать меня " Демиром, властителем Рая", я думал, что все пройдет легко и гладко. Но когда, в самый первый раз, после первой сделки, приехавшие на остров гости пожелали развлечений гораздо сильнее будоражащих кровь, нежели банальный секс, один самоуверенный идиот решил, что речь идет о чем угодно, кроме того, что случилось после. Как сейчас понимаю - это было проверкой. Моей проверкой. Ведь если бы я тогда не смог наблюдать за кошмаром, разворачивающимся на моих глазах, то сам стал бы жертвой. Вместо четырех несчастных девушек, которых привезли на остров в подарок мне. На тот момент я ещё не знал столько, сколько знаю сейчас. Поэтому отказался, постаравшись придать себе пресыщенный вид уставшего от власти мерзавца. " Мне приелись однотипные развлечения. "- да, кажется так мой образ объяснил свой отказ в тот вечер. Идиот! Проклятый грёбаный идиот! Помню, как мелькнуло сомнение во взгляде одного из гостей, жирного как бочка Гробо. Он, переглянувшись с остальными, усмехнулся:

– От подарков отказываться не принято. Этим ты подставишь нас. Остальные решат, что мы жадны, раз не привезли тебе должного подарка в благодарность за сотрудничество. Подарка, который бы угодил нашему новому партнеру и другу.

– И что же теперь делать?- насмешливо " спросил" Ринго, тощий как скелет наемник, выбившийся в торговцы. Он краем глаза скользнул по испуганным полуголым девушкам, что стояли у входа.

Гробо развел руками:

– Да и не знаю, друзья. Даже и не знаю. Обратно везти их нельзя, этого не поймут. Ведь все уже знают, какой подарок мы приготовили Демиру. Выход один- его взгляд устремился через приоткрытое окно к скале, под которой ревел и бился о камень неспокойный точно моя душа в тот день океан. Седые пики волн с грохотом и шипением разбивались о выступы, в полной тишине, повисшей в огромной гостиной, были слышны всхлипы девушек, испуганно жмущихся друг к другу.

– Мы можем устроить игры.- лениво принялся очищать коротким ножом кожуру с яблока Ринго.
– Как считаешь? Тогда и обид не будет, и все решат, что хозяин просто распорядился подарком как посчитал нужным.

На тот момент я был так напуган перспективой того, что увижу, как эти безжалостные убийцы скидывают со скалы девичьи трупы, что, даже не расспрашивая ни о чем, дал своё согласие. Глупец! Чертов идиот, что всё равно встретился воочию со своим страхом. Единственным отличием было то, что со скалы сбрасывали большие черные пакеты с тем, что осталось от несчастных девушек, ставших жертвами моей слабости. Ведь всем известна жестокость тех, кто правит в незаконной торговле ресурсами, орудием и, главное, проклятым раем! Это- нечто вроде своеобразного входного билета. По которому определяют, " свой" ли ты. Слабак, что не сможет расправиться с " подарком" не достоин доверия. Ну, или, по крайней мере, показать всем свою жестокость, оставив бедный " подарок" на грани жизни и смерти. Глупец! Тогда я думал, что спасаю девушек от страшной участи. Возможно , я действительно спас их от страшной, заменив её на ужасную. Гробо и Ринго под радостные возгласы остальных гостей и одобрительные кивки охранников, вывели девушек на улицу, направившись к вольерам, где содержались бойцовские псы.

Ополчение старательно, по крупицам, создавало образ Демира не один месяц, до этого посвятив еще несколько лет его внедрению в преступное сообщество нового мира. Проводя небольшие тайные сделки " инкогнито", но, всё же, постоянно подпитывая дельцов слухами о том, в чьих руки ведут ниточки, управляющие посредниками и охраной. Ожидали, что крупные игроки сами попытаются выйти на Демира. Так и случилось. Вторым этапом было вжиться в роль. Поэтому даже псов дрессировали так, чтобы те готовы были перегрызть глотку любому по одному приказу хозяина. Демир помнил, как тряслись его пальцы, когда он впервые зашёл с куском мяса в непроглядную тьму постройки, где впроголодь и в полной темноте содержались собаки. Тогда он сумел сдержать страх, не ринуться обратно, и псы его признали. И так раз за разом в течение нескольких месяцев он приучал животных к себе. Остальное делалось уже без него, достаточно было одной записи его голоса. Команд, жутких и не оставляющих жертве ни малейшего шанса на спасение.