Бо Ченчен технично вклинился между этими двумя, стал подтаскивать магнитики друг к другу. Конструировать всякое — это ж рай для него на первое время, пока чего-то круче не дадут юному гению с развитым пространственным мышлением.

— Ы! — совсем не гениально быканул на бегемотика «разбиратель».

И попытался толкнуть своим бедром крепкое (еще бы, после стольки-то танцевальных репетиций) бедро Ченчена. Не на того напал, бегемотик даже не заметил.

— М! — замахнулась ручонкой (с зажатой в нею деревяшкой) «швырятельница».

Моего дружбана по башке лупить вздумала? Я метнулась вперед. Успела перехватить щуплую, неспортивную руку до столкновения древесины с черепом бегемота.

Глянула на нее, особо не сдерживая злость. Одаренные дети, как же! И не сразу поняла, что малявка не ноет, не отшатывается, даже руку не пытается вырвать. Лыба от уха до уха и застывший взгляд.

— Бить моего друга нельзя, — ровно сообщила я этому странному монстру в детском обличии. — Поняла?

«Может, слепая?» — сделала я допущение.

Но тут же отменила его: зрачки двигались, да и тянулась она перед этим к плашкам из дерева вполне целенаправленно. Это становилось любопытно. За что-то же взяли разрушительницу в класс для одаренных?

— Дети, все сюда.

Но это всё подождет, так как в восемь ноль-ноль у нас начинается завтрак. Если до начала завтрака ребенка не привели в садик, то можно уже и не спешить. В восемь часов утра ворота закрываются. Одна из двух нянь (у нас одна учительница и две ее помощницы, няни, но обращение ко всем одно — лаоши, учитель) ждет до последней минуты, пока другая показывает класс «ранним пташкам».

Клубничка, к слову, явилась почти что к завтраку. Зыркнула на меня без симпатии, и всё на том. Её усадили за другой стол, все четыре места за нашим с Ченченом столиком уже были заняты. Кем? Догадайтесь.

Нас попросили по очереди представиться. Дабы с незнакомцами не трапезничать… Или просто уже начали приучать к порядку. Фиг пойми.

Итак, пацана зовут Гао Юн. Для шкафчика юный Юн выбрал сильное «тотемное» животное — быка. Очевидно, оттого и быканул на бегемота.

Девочка-рыба — это у нас Цао Шуфан. Она себе на дверцу попросила налепить акулу. Какой славный выбор…

— Сели ровно! — внезапно прикрикнула старшая воспитательница. — Спину выпрямить. Ножки вместе. Коленки вместе. Ладони на колени.

За другим столиком никак не мог усесться щекастый мальчишка. Отставил ногу в сторону, а не так, как велела учитель. Тычок — ногой по ноге.

— Сядь ровно, — окрик. — Или не получишь свой завтрак.

Пока две нянечки споро разносят по столикам йогурты, печенье, орешки и кокосовое молочко, наша «добрая» учительница обходит весь класс.

— Плохо. Но для первого раза допустимо.

Нам позволяют выдохнуть и похрустеть печенюшками. Жую миндаль, поглядываю на надсмотр… нянечек. Мимолетно вспоминаю о цианидах, как о ядах, замечательно маскируемых присыпками из тертого миндаля.

Я, конечно, всё понимаю. Без дисциплины и послушания детьми (особенно чужими) сложно управлять. Но как-то здешние методы меня не вдохновляют.

Когда дети заканчивают с легким перекусом, дрессировка продолжается. Няни убирают посуду и крошки со столиков, а дети снова сидят ровно, как по линеечкам.

Хлоп! Ладонью по спине наклонившейся девочки.

— Прямо спину держим. Иначе не пойдем на улицу.

И тут на соседнем стуле начинает ерзать Ченчен. Мальчик с особенностями, которому непросто объяснить что-то про дисциплину — та для него что-то скучное.

«Сейчас эта мегера двинется к нам», — холодеют мои пальцы, лежащие ровно на коленках, как и велено.

Мне-то не проблема отыграть желаемое поведение. А другану влетит…

— Чен, слушай и молчи, — говорю тихонечко (если и влетит за болтовню, то мне, а не приятелю). — Это игра. Она сложная и с особыми правилами. Надо замереть на одном месте. Да, вот так, молодец. И сосчитать в уме, сколько на доске с магнитиками дощечек. На доску смотреть нельзя, ты должен вспомнить расположение каждой деревяшки.

Я знаю, что мои товарищи по играм (уже не только в песочнице) за август подтянули счет. И оба могут считать до ста — уверенно. Дальше им тяжело пока, но они стараются.

— А потом? — с горящими глазами спросил… нет, не бегемот, а юный Юн, к счастью, тоже шепотом. — Когда досчитаем?

На эту парочку я не рассчитывала, но действую по обстоятельствам.

— Из суммы вычти столько, сколько человек в классе, — импровизирую в усложнении задачки.

— А награда? — шепчет мини-акула. — Будет?