— Кроме Энтони. Он, кажется, не смог вырваться с работы. Но остальные все. Даже бабуля.

Себастьян целует меня в лоб.

— Милейшая женщина.

— Жаль прерывать ваш марафон любви, — кричит через поле Рафаэль, — но мы игру продолжать будем или как?

Себастьян не отвечает, продолжая молча двигаться к выходу с площадки. Дойдя до скамьи запасных, он бросает свою перчатку сидящему там пареньку.

— В следующем сезоне ты займешь мое место, ведь так? Так иди и попробуй себя в игре прямо сейчас — чего ждать?

После этих слов он, по-прежнему держа меня на ру­ках, направляется в раздевалку.

У своего шкафчика он наконец опускает меня. Я сажусь на лавку и с любопытством осматриваюсь — все же здесь он хранил свои вещи с самого первого года в МакКи. Шкафчик идеально отражает его характер: такой же опрятный и организованный, как и сам Себастьян. На дверце, мягко переливаясь в приглушенном свете, поблескивают латунные цифры — 17.

— Парни уже скоро вернутся, так что у нас всего пара минут, — говорит он, проводя рукой по волосам, а затем опускается передо мной на колени. Я убираю медальон его отца ему за пазуху. — Я просто хотел немного побыть с тобой наедине. Когда игра закончится, нас окружит моя семья.

— И моя, — добавляю я, играя с непослушными локонами его волос. Сейчас они намного длиннее, чем ко­гда я первый раз осталась у него на ночь, и слегка зави­ваются по краям от высокой влажности. По его лицу катится пот. Я нежно вытираю соленые капельки кончиками пальцев. — Это они так быстро привезли меня сюда.

— Ну, тогда нам стоит поужинать где-нибудь всем вместе.

— О боже.

— Я серьезно. Будет здорово.

— Папа будет в восторге от встречи с Джеймсом.

— Он всегда рад своим фанатам, пока ему не покажется, что они каким-то образом расстраивают Бекс, — вздыхает Себастьян. — Когда ее беременность станет очевидно заметной, он превратится в настоящего параноика. Я уже слышу его ворчание.

— Себастьян?

— Да, любовь моя?

Я толкаю его в плечо. Он смеется.

— Ненавижу тебя.

— Нет, это неправда. — Он нежно касается своими губами моих. — Нисколько.

Я улыбаюсь. Мне ужасно не хочется переходить от этих игривых поддразниваний на серьезные темы, но я должна еще раз убедиться, что мы поняли друг друга правильно. Все, что он сейчас сказал, пришлось мне по душе, как и его идея поговорить с моими родными. Но все же я смогу окончательно убедиться в том, что это навсегда, лишь когда мы избавимся от недосказанности.

— Я знаю, ты сказал, что уверен, но прошу, подумай об этом еще раз. Ты точно уверен? Насчет детей и всего остального?

Он опускает свою ладонь мне на колено и слегка сжимает его.

— Ты моя путеводная звезда, Мия, мой ангел.

У меня перехватывает дыхание.

— Себастьян…

— Вчера я прочитал о ней статью и теперь не могу перестать думать об этом. И знаешь, у меня нет лучших слов, чтобы описать мои чувства к тебе. — Он касается моей щеки тыльной стороной ладони. — Не имеет значения, где я буду и чем стану заниматься, мне хочется, чтобы ты была рядом — как равный партнер. Большего я и не жду. Мне неважно, поженимся ли мы, станем ли родителями, поселимся где-то в одном месте или отправимся путешествовать по миру… Я хочу идти по жизни вместе с тобой, и поездка в Швейцарию станет лишь началом. Я прекрасно понимаю, что все это только слова, поэтому хочу подарить тебе одну вещь, которая послужит их доказательством.

Я прищуриваюсь.

— Что за вещь?

— Это не то, о чем ты, возможно, думаешь. И вероятно, никогда им не станет. Вот и все, что я хочу сказать. — Себастьян тянется к шкафчику за моей спиной, а затем достает из него черную бархатную коробочку. — Но все же мне было бы очень приятно, если бы ты иногда его надевала.

Я открываю подарок.

Внутри на мягкой подушечке лежит медальон в виде звезды, усыпанной маленькими бриллиантами, на золотой цепочке.

— Ого. — Я достаю украшение из футляра, любуясь его блеском. Как бы я ни любила свою нынешнюю цепочку, я понимаю, что, надев подарок Себастьяна, снимать его уже не захочу. Этот медальон довольно небольшой и совсем не броский — словом, просто идеальный.

— Еще один подарок?

Себастьян пожимает плечами.

— И уж точно не последний.

— Он чудесный, — говорю я, нежно целуя его в щеку. — Спасибо.

— Можно я надену его тебе?

— Я бы очень этого хотела.

Себастьян бережно берет с моей ладони подвеску. Когда я поворачиваюсь к нему полубоком, он перекладывает мои волосы на одну сторону и застегивает цепочку. Я целую его в губы.

Спустя несколько минут наш поцелуй прерывают ввалившиеся в раздевалку товарищи Себастьяна.

— Надеюсь, мы вам не помешали? — многозначительно интересуется Хантер.

Я наконец отрываюсь от таких сладких любимых губ.

— Ты о чем? Мы всего лишь тихонько праздновали здесь вашу победу.

64

Себастьян

— А скоро будет гаспачо? — спрашивает Иззи. — Мы уже буквально доедаем сырную тарелку.

Я надеваю варежки-прихватки.

— Сейчас, только достану из духовки жаркое. Свинина должна немного постоять, чтобы соки рециркулировали.