Иви уже подходит к кровати и забирается под одеяло, пряча от меня свое тело.

— Лисичка, я…

— Не надо, Алекс. Только не перед экзаменом. Просто приведи себя в порядок, и мы поговорим позже, — говорит она, ее голос груб.

Она опускает глаза, отказываясь смотреть на меня, и у меня сводит желудок. Интересно, что именно она пытается от меня скрыть?

Неужели она провела большую часть ночи без сна, как я? Может, плакала?

— Ладно, — неохотно соглашаюсь я и иду через всю комнату, чтобы найти свою форму.

Она сидит посреди кровати, подтянув колени к груди, когда я возвращаюсь через несколько минут в брюках и рубашке, а галстук висит у меня на шее.

— Иви, — мягко говорю я, опускаясь задницей на край кровати.

Она напрягается, но не поднимает глаз.

— Пожалуйста, детка. Мне нужно увидеть тебя, прежде чем я уйду. Мне так чертовски жаль. Я ненавижу это.

Ее губы раздвигаются, как будто она собирается ответить, но в последний момент она передумывает и проглатывает слова.

Протянув руку, я обхватываю ее челюсть, нежно касаясь большим пальцем ее мягкой щеки.

Немного подбодрив ее, она наконец поднимает глаза. На несколько секунд они фокусируются на моей груди, прежде чем она поднимает глаза и встречается с моим взглядом.

У меня перехватывает дыхание от боли, которую я вижу в ответ.

Ее глаза налиты кровью и окружены темными тенями, которые могут появиться только после бессонной ночи.

— Черт, детка. Черт. Мне так чертовски жаль.

Не задумываясь, я притягиваю ее к себе и крепко обнимаю.

Ее запах заполняет мой нос, и, блядь, если он не заставляет комок размером с гребаный баскетбольный мяч заползти в мое горло.

Закрыв глаза, я прижимаюсь губами к ее макушке.

— Я серьезно, Иви. Я люблю тебя. Я люблю тебя так чертовски сильно, и, несмотря ни на что, я вытащу тебя из этого. У тебя, Блейк и Зея будет та жизнь, о которой ты всегда мечтала. Я, блядь, обещаю тебе это.

Она втягивает дрожащий воздух, но ничего не отвечает.

С чего бы это? Вряд ли она ответит на мои чувства, не так ли?

Зная, что если я не отпущу ее сейчас, то не отпущу никогда, я заставляю себя расслабить руки и поднимаюсь на ноги.

— Удачи на экзамене, — тихо говорит она.

Идя спиной вперед к двери, я не свожу с нее глаз.

— Иви, я знаю, что не заслуживаю этого, но… — Я делаю паузу, ожидая, что она скажет мне, куда идти, еще до того, как я выскажу свою просьбу. — Ты можешь пообещать мне, что не уйдешь, пока меня не будет?

Она медленно кивает.

— Я знаю, что я сказала прошлой ночью, но я обещаю, что не отдам себя добровольно. Я бы не поступила так со своей семьей.

Я киваю, веря ей.

— Мы все исправим. Я клянусь тебе, ты вернешься к ним и заживешь своей жизнью, не успеешь оглянуться. — Она выдерживает мой взгляд, отчаянно желая поверить мне, но в то же время не доверяя мне. Это режет, но я понимаю. — Я сообщу тебе, когда буду возвращаться. Если у тебя возникнут проблемы, позвони Тео еще раз, хорошо? У него нет экзамена сегодня утром.

— Позвоню. Иди, пока не опоздал, — говорит она, выпроваживая меня из комнаты.

Я выхожу из дома с тяжелым сердцем и киваю нашему солдату, который стоит у входа и защищает нас.

Я пытаюсь думать о своем экзамене и о том, какими будут вопросы, но мой мозг отказывается фокусироваться дольше, чем на несколько секунд, прежде чем он снова переключается на Иви, гадая, встала ли она уже с постели и что делает.

Солнце, может, и выглянуло, но все вокруг мокрое от прошедшей ночью грозы, а на небе нависли темно-серые тучи, которые только и ждут, чтобы еще раз нас намочить. Надеюсь, это означает, что она останется дома. Особенно теперь, когда она знает правду.

30

ИВИ

Я сижу на верхней ступеньке лестницы, когда в воздухе раздается грохот входной двери, заставляя все здание вокруг содрогнуться.

Я не спала.

А когда заснула, мне снились странные сны о человеке, который только что вышел из дома.

Была ли я слишком жестока, закрывшись в комнате и отрезав его от себя?

В тот момент я так не думала.

Но сегодня утром, когда он проскользнул в комнату, моя решимость начала рушиться.

Он выглядел разбитым. И все из-за меня.