Шрифт:
Упав спиной на стену, слизываю капли пота с губ и зубами срываю перчатки.
– Что стряслось?
– вдруг совсем рядом раздается голос Яна.
– Блядь!
– вздрагиваю я, - Ты как здесь? Пашка слил?
– Да. Что происходит, Адам? Ярослава Лене звонила.
Сложив руки на груди, он встает напротив меня. В глазах явная озабоченность.
– Надо перезвонить. У меня телефон выключен и вообще... хрен знает где.
– Рассказывай.
– Турок, тварь, звонил. Сказал, что мать нашу... тогда... это он....
– Что он?...
Понял уже. Лицо стремительно бледнеет, но уже через мгновение покрывается бордовыми пятнами.
– Изнасиловал, - проговариваю тихо, чувствуя, как шерсть на загривке дыбом встает.
Брат, вонзив в меня пустой мертвый взгляд, застывает. Жуткое зрелище.
– Ян.... проверить информацию надо. Если подтвердится, я ему сам кишки выпущу.
Молчим оба с минуту. От него фонит агрессией, но я знаю, что он, за редким исключением, умеет управлять ею.
– Почему отец этого не знал?
– спрашивает наконец.
Этот вопрос меня тоже интересует. Наша мать не могла не узнать его. И если узнала - не рассказать об этом отцу тоже не могла.
– Я не знаю. Мутно всё.
– Когда ты с ней последний раз разговаривал?
Подняв брошенные мной на пол перчатки, вешает их на крюк. Затем, запустив пальцы в волосы, сгребает их в кулак. Бомбит его, но справляется, как может.
– Ян, давай не будем заставлять её вспоминать это....
– У нас есть выбор?
– перебивает он, - Никто, кроме неё, не сможет подтвердить или опровергнуть это.
Развернувшись, он направляется к выходу из зала, я плетусь за ним. Внезапно заканчиваются все ресурсы, выпитое ранее, ударив в голову, путает сознание и лишает координации.
Валюсь на диван в кабинете и прикрываю глаза сгибом локтя.
– Давай, завтра ей позвоним.
– Да, надо, - отзывается брат.
Облизав сухие губы, сглатываю. Горло как наждачная бумага.
– Дай воды. И попроси, чтобы телефон мой нашли.
– Держи, - он тут же бросает его на мой живот.
Нащупав его рукой, открываю глаза. Нужно Яре позвонить.
Следом в мою руку всовывают стакан с водой, выпив которую, я снова падаю. Ян, закурив, выходит, а я набираю жену.
– Ты совсем охренел, Литовский?!
– пронзает барабанную перепонку ее возмущенный голос, - Ты где?!
– На базе.
– На какой ещё базе?!
– На базе, Яра. Дела, - бормочу невнятно.
– Ты пьян? У тебя же язык заплетается! Ты с кем там?
– Завтра вечером приеду. Пока.
– Адам!... Что случилось?! Почему ты пьян?
– Блядь!... Потому что выпил!
– не выдерживаю я, - Не еби мозг! Ложись спать.
– Да пошёл ты, - бросает она и отключается.
Вот и поговорили. Неизвестно теперь, до чего она себя к утру накрутит, и как мне потом от этого отмываться.
Закрыв глаза, пытаюсь не провалиться в сон, а затем пишу сообщение Лене:
«Привет. Напиши Яре, что я на базе с Яном»
И только после этого позволяю себе вырубиться.
Глава 36
Ярослава
Сидя на заднем сидении несущейся по трассе машины, с трудом сдерживаю зевоту. То, что Лена вчера усмирила мою ревность, ещё не значит, что я смогла спокойно уснуть. Просто волнения одного рода сменились на тревоги другого рода. Вот и всё.
К ним присоединилась обида - все его родственники посвящены, а я нет. Я почувствовала себя чужой в их семье.
Ясно одно - у Литовских какие-то проблемы и, по всей видимости, очень серьёзные. Ни разу ещё я не видела Адама в таком состоянии.
Сегодня мы ещё не говорили, но я решила не менять свои планы и попросила вывезти меня в город на встречу с представителем компании, которая будет заниматься ремонтом и отделкой моего офиса.
Литовский настаивал перепоручить это кому-нибудь другому, но я принципиально настроена заниматься всем лично. В итоге он не смог мне отказать.
– Ярослава Евгеньевна, возьмите телефон, - говорит охранник с переднего сидения, - Вам Адам Викторович не может дозвониться.
– Чёрт, - вспомнив, что из вредности не сняла его с беззвучного, нахожу в сумке и вижу четыре пропущенных.