Выворачиваю содержимое стола в комнате, пока Давид выгребает вещи из шкафа и привезенного чемодана.

Бумаги… Рабочие папки… Документы… Несколько флешек… Переносной жесткий диск…

– Ничего не запаролено... Все абсолютно чисто и прозрачно… – яростно откидываю в сторону бесполезные вещи. – Сука!

Разъяренно стучу кулаком по столешнице, и она отзывается гулким звуком с легким дребезжанием.

Переглядываемся, молниеносно начиная ощупывать его внутреннюю поверхность в четыре руки.

Щелчок, и скрытый замочек с легкостью открывает потайное отверстие.

Вытаскиваем спрятанную папку, рассыпая бумаги по полу.

Документы и фотографии.

Мои… Стаси… Пашки… Дарьи… Егора… Архитектурное бюро… «Дом Амфибий»… Ника… и даже «Океанариум».

Фотографии мелкой, исписанные неровным нервным подчерком.

«Моя кукла.»

«Маленькая дрянь!»

«Такая же сука, как и мать!»

«Убью стерву…»

Он совсем ебанулся на Романовой, спихивая все проблемы семьи на мать и ассоциируя ее со Стасей.

Откидываю очередное фото с угрозой в сторону и автоматически смотрю на время, нажимая кнопку вызова телефона мелкой.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети,» –сообщает автоответчик, и меня окатывает холодным потом, начиная нервно потряхивать, пока Давид набирает своих ребят.

– Внутри офиса проверь! – отдает распоряжение и пока ждет ответ, я лихорадочно жму на номер Егора. Бажанов отключается, матерясь. – Ушел через курилку, полтора часа назад.

– Скажи мне, что она с тобой, – выпаливаю, как только слышу голос Надворского, уже прекрасно зная, что ни Марка, ни Романовой мы оба на месте не обнаружим.

– Трубку не берет, – отчитывается Егор, и я слышу, как он гулко спускается по служебной лестнице, вместо лифта, внезапно останавливаясь. – Яр, телефон разбит. Между пролетами четвертого и пятого этажей.

– Отменяйте шоу по техническим причинам, – стягиваю пальцами волосы на затылке. – Ты мне нужен... Горина подключай, немедленно. Пробейте камеры. Узнай, на какой машине уехали и попробуйте отследить эту тварь, пока не поздно.

Кладу трубку, хренача со всей силы кулаком в стену от бессилия.

Он... ей... ничего... не сделает... Он... её... сука... любит...

Ничего не чувствую…

Бью наотмашь, добивая в кровь костяшки пальцев.

Никакой… сука… боли…

Только пульс в висках и миллион мыслей, скачущих в беспорядке с одного места на другое.

Прикрываю глаза, глядя как Давид качает головой, холодно чеканя информацию о пропаже Романовой кому-то из полиции.

Вызывает наряд к бизнес-центру, проверить камеры видеонаблюдения и в съемную квартиру, обрисовывая вкратце ситуацию.

Показываю молча на выход.

– Номер машины, фото и данные девушки скину, – спускаемся вниз, захлопывая дверь подъезда. – Вместе с досье на Бурова. Вперед, Архипов, поднимай оперов. Меньше вопросов, больше действий. На связи.

Жму на газ, срывая тачку с места.

Давай, Никитин, тебя это тоже касается.

Меньше эмоций – больше дела, пока голову напрочь адреналином не расхреначило.

Глава 44. Яр.

Оставляю Давида у парковки бизнес-центра.

Он здесь сейчас нужнее.

Направит полицию по следу. Проверят камеры, съемную квартиру и офис. Разошлют ориентировки по постам ППС.

Отработаем моменты с обоих концов, сообщая о новостях друг другу по необходимости.

Прогоняю машину вдоль выстроенных у дороги стояночных мест, пытаясь выцепить в темноте Рыжика мелкой.

Притормаживаю, хмуро осматривая припаркованный «мерс» на месте, где еще утром стояла «тойота» Стаси. Вчера я забирал девчонку на своем ровере, так что машина должна была быть на том же месте, где ее оставила дожидаться хозяйка.

Марк все это время разъезжал на каршеринге. Судя по словам людей Бажанова, прокатный автомобиль припаркован на стоянке его рабочего офиса, значит сюда приехал на такси.

Уехали оба на тойоте Стаси. Даже камеры для этого проверять не нужно.

Мягко жму на газ, выкатываясь на дорогу и упираясь в вереницу машин.

Час пик и всего три перекрестка за десять минут.

Шикарно, блять!

Самое время, чтобы постоять в пробке.

Со всех сторон поджимают автомобилями. Ни единого кармашка. Еще и с неба что-то медленно начинает сыпать.