Я трахал её снова, и снова, и снова, пока она не выпустила мои крылья и не уронила голову на подушку, а её тело не обмякло под моим от удовольствия. Я жадно вдыхал её наслаждение, хотя уже давно насытился.

Она стала моим наркотиком, и я никогда не откажусь от неё.

— Ты победил, — вздохнула она, снова ударившись задницей о матрас. — Не думаю, что после этого я когда-нибудь снова буду возбуждена.

— Плохие новости для меня, — пробормотал я, прежде чем нежно её поцеловать. Когда я начал выходить из неё, она обхватила меня ногами за ягодицы и крепко прижалась.

— Останься во мне. Я не готова тебя потерять.

— Ты никогда не потеряешь меня, милая. Я люблю тебя. — я снова поцеловал её так же нежно.

— Я тоже тебя люблю. — её лицо было спокойным, а глаза счастливыми. — Я просто хочу, чтобы ты был внутри меня.

— Ну, ты можешь получить это в любое время, когда захочешь. — я сложил крылья, обхватил её за бёдра и резко перевернулся на спину, получив протестующий звук, который заставил меня усмехнуться.

Несмотря на свои жалобы, она вытащила ноги из-под меня и прижалась ко мне. Я крепко держал её в объятиях, бесконечно радуясь тому, что могу назвать своей.

— Я собираюсь расплатиться с тобой за бизнес-кредиты, — пробормотала она.

— Тогда я куплю тебе на эти деньги спортивную машину. Самую шикарную, какую только выпускают.

— Зандер!

— Майлз! — я передразнил её тон.

Она хмыкнула, но не отстранилась от моей груди. Мой член по-прежнему был твёрдым внутри неё, но я не думал, что этот ублюдок вскоре обмякнет.

— Этот разговор ещё не окончен, — сказала она.

— Я твой. Мои деньги тоже твои. Купи себе ещё кучу кафе, если хочешь. Преврати это в империю.

— Даже начинать в таком количестве рискованно. Не думаю… — начала она, но оборвала себя, когда я слегка сжал её задницу. — Не пытайся снова возбудить меня. — её предупреждение было слабым.

— Я доверяю тебе. Ты бы не стала этого делать, если бы не была чертовски уверена, что у тебя всё получится. Иногда, чтобы заработать деньги, нужно немного рискнуть. Я с радостью оплачу счет. Ты вернешь свои деньги и даже больше. А если нет, то для нас это не конец света.

На мгновение она замолчала.

Её щеки покраснели, когда я посмотрел на неё, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

— Спасибо, что поверил в меня, — наконец сказала она мягко.

— Это чертовски приятно. — я поцеловал её в макушку.

— Мне потребуется время, чтобы полностью смириться с идеей объединения наших финансов, даже если ты приносишь гораздо больше пользы, чем я, — призналась она.

— Всё в порядке. Спешить некуда.

Потом она добавила тише:

— Мне также понадобится время, чтобы смириться с мыслью о том, что я снова в безопасности. Эван так долго был поблизости.

— Знаю. Мы разберемся с этим вместе, милая. — я снова поцеловал её в макушку. — Тебе грустно, что он умер?

Она покачала головой в ответ на мои слова.

— Нет. Определенно не грустно. Но и не счастливо. Странно. Я просто какая-то отстранённая.

— Отстранённая — это хорошо. Чёрт, отстранённо — это, пожалуй, лучше всего.

— Надеюсь, что так. — она подняла одну из моих рук, чтобы прижать к своему лицу, и закрыла глаза. — Думаю, я собираюсь вздремнуть. Не знаешь, который час?

— Понятия не имею.

Она тихонько засмеялась, и я не смог сдержать улыбку, которая появилась на моём лице в ответ.

Майли была чертовски красива.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

— Я тоже тебя люблю. — я поцеловал её в макушку. — Больше всего на свете, милая.

Я проснулась от запаха готовящегося завтрака.

Глаза слипались, и я была измотана. Я решила, что проспала либо два часа, либо что-то запредельное, например, двадцать.

Зандер вошёл в комнату с двумя тарелками еды, его волосы были влажными после душа. На нём были только шорты, а те несколько ран, которые он получил выглядели почти зажившими.

Он усмехнулся, увидев меня.

— Доброе утро, милая.

— Как ты всегда просыпаешься раньше меня? — спросила я, зевая.

— Видимо, это моя суперсила. — он сел рядом со мной, поставив мою тарелку на одеяло, прикрывавшее мои колени. — Завтрак без футболки должен стать обязательным условием с этого момента.