— Так, Отшельник, погоди, — я мягко остановил его. — Ты чего сказать хочешь?

— Давай я по порядку буду рассказывать, а ты просто будешь слушать, хорошо? — попросил он. — У тебя длинная история, которую могу рассказать тебе только я один.

— А раньше ты не рассказывал, потому что я был не готов?

— Да, — после продолжительной паузы ответил старик.

Эта пауза мне не очень понравилась, но выбора не было.

— Судя по тому, что вы так спокойно сидите здесь, а в главной комнате раскладывают раненых, сражение кончилось нашей победой? — спросил он. — Надеюсь, потери невелики.

— Они есть, — вздохнул я.

— Без них не обойтись, — покачал головой Отшельник.

— А Гарольд тоже был необходимой потерей? — я перешел в наступление, но получил прежний ответ:

— Терпение. Я не знаю, чем окончилась история твоих родителей, Бавлер. Все, что про них знаю я, обрывается примерно за полгода до сего дня. Они отправились на поиски, и я могу только предполагать, что искать они намеревались тебя, Фелида.

— Вероятно, так оно и есть, — я пожал плечами, — ведь ради ее поисков мы все сюда и отправились.

— А вот тут ты, Бавлер, ошибаешься, — Отшельника закашлялся в самый неподходящий момент. — Твою сестру взялись искать гораздо позже, когда они узнали, что есть кто-то на нее похожий. До этого несколько недель они и не думали никого искать.

— Так надо было адаптироваться, привыкнуть к новому месту! — выдала Фелида в защиту родителей.

— Хах… — старик едва сдержал новую порцию кашля, но по нему было видно, что он мог бы рассмеяться и сейчас пытался и кашлем не подавиться, не рассмеяться, потому что от этого в ребрах было бы в сто крат больше боли. — Нет, девочка моя… Все было совсем не так.

— Не может этого быть! — воскликнула она, пока я молча наблюдал за происходящим.

— Может. Похоже, у них была более важная цель. О которой они обмолвились в Монастыре. Пироканту сказали, но эта цель пришлась ему не по душе.

— Это он тебе так сказал, глава Ордена? — спросил я, впервые за весь разговор проявив скепсис.

— Нет. Но вел он себя иначе с тех пор, как они отправились прочь, а ты остался в Монастыре на некоторое время. Недели на две. Потом тебя направили ко мне, почти что тайно.

— То есть, Пакшена я так и не увидел? — я повел бровью и уже начал понимать, к чему приведет этот разговор.

— Не очень-то. Но ты вел переписку с Миолином, кем-то еще из Совета. Я не знал, с кем именно. Но письма ты рассылал часто. И получал их много.

Старик притормозил с разговорами и часто задышал. Я решил, что не стоит задавать вопросов, иначе наша беседа продлится слишком долго.

— Миолин? Общался с правителем Пакшена? — нахмурилась Фелида. — Слава богам, что ты потерял всю память целиком! Иначе…

— Не стоит подозревать своего брата. Его память серьезно пострадала. Но даже не по моей вине.

— Так! Отшельник! — воскликнул я, почти что подпрыгнув на месте.

— Бавлер, — строго, почти нравоучительно выдал он, — раз уж мы выяснили, как тебя на самом деле зовут, то перестань и меня Отшельником звать. Иерипон я.

— Красивое имя, — оценивающе выдала Фелида.

— Да уж, — согласился я. — Ты хочешь сказать, что не ты убил Гарольда? Что не ты двинул мне по голове так, что мне память отшибло?

— Я уже сказал, что за твою память я ответственности не несу. Но Гарольда убил я.

Новость была поразительной. Не сиди я на тумбе Арина, так я бы на месте и рухнул.

— За что? — спросила Фелида.

— За то, что хотел избавиться от Артема, — до невозможности безразличным тоном проговорил старик.

— Что? — ахнули мы вдвоем.

— Гарольд получил задание, кратко описал его мне — устранить угрозу Ордену и Монастырю. Но почему ты из помощника вдруг превратился в угрозу, Бавлер, я не понимаю. И все же я приложил все усилия, я рискнул своим положением. За то, что я помог тебе, я оказался здесь, — спокойно проговорил он. — Я не мог поступить иначе.

Фелида молчала. Я молчал. Эмоции забивали все остальное, говорить было попросту невозможно. Отшельник умудрился перевернуть все с ног на голову. Проверить его слова было тоже нереально.

— Так ты, получается… устранил…

— Я никого не устранял, — выдохнул Отшельник. — Я направил тебя в сторону хижины. Туда же направился Гарольд. А вот я почти опоздал. Гарольд успел двинуть тебе по голове. Я пырнул его ножом, но вот медведь… — он поморщился. — Медведь едва все не испортил. К счастью, твоя голова почти не пострадала снаружи. Но ты провалялся несколько дней там.