— Привет, Михалыч, как оно?

— Привет. Давно не видел. Помимо головы еще и руку успел зацепить? — смотрел он на мой медицинский бандаж.

С ним, конечно, было легче, рука не задействовалась, соответственно, и плечо не так ныло. Но также он заставлял себя чувствовать никчемным.

— Да, любят меня неприятности. Вот брожу, уже дни считаю. Поскорее бы выйти на работу, — пытался вести я непринужденную беседу.

— Понимаю, без работы кони дохнут, а фсбшники спиваются, — усмехнулся мужик, а я его поддержал.

— Я тут камешки передавал, переживаю, что стер отпечатки. Нашел на них хоть что-то?

— Да нашел один, пока в работе. Надо как раз их сдать Левину в комнату хранения, забыл совсем, — стукнул себя в лоб, указывая на пакет с сапфирами.

Удача на моей стороне!

Напросившись самостоятельно их отнести, я быстро уносил ноги из здания в надежде остаться незамеченным. Немного напряжало, что их девять, эти бугаи рассчитывают на все десять, но достать тот, что был при Сане, невозможно. Левин меня к нему не подпустит. Придется импровизировать.

Прошел практически час. Сижу в машине в метрах ста от оговоренного здания. С одной стороны сосновый лес, с другой еще одна заброшка. Не знаю, брать ли с собой пистолет. Вряд ли он мне поможет. Я даже их количество не знаю. Машин не видно. Прийти сюда равно самоубийству. Выведут ли они мою блондинку-боксершку?

Мою? Звучит неплохо. Как подавить в себе желание подбежать сразу к ней и заслонить собой?

Умирать нельзя. Необходимо найти ребёнка. Надо было броник надеть…

Вижу движение. Перекаченный парень в балаклаве вышел из здания. Осматривается. Всё-таки они внутри. Надеюсь, и она тоже.

Шумный выдох. Страшно. Впервые в жизни. Но не за себя.

Снимаю бандаж с предплечья. Открываю дверь. Встречаемся глазами. Он быстро исчезает в стенах заброшки.

Адреналин. Чувствую, как кровь проходит по венам, практически бурля. Медленно двигаюсь к зданию, словно по минному полю. Каждый шаг с одной стороны приближает к НЕЙ, с другой — к неизвестности, в которой неясно, что будет после того, как они получат камни. Не хотелось бы потерять Дарину и свою жизнь из-за алчности и девяноста миллионов. Осталось примерно пятьдесят метров до здания.

— Стой на месте! — выходит уже другой бугай, выставляя руку.

Как на подбор. Это их в тренажёрных залах учат похищать людей и заниматься кражами?

Происходит какое-то движение. В горле пересохло. Стою как вкопанный, наблюдаю. Вижу, как двое выводят девушку с опущенной головой густых белокурых волос. Сердце пропускает удары. Связана по рукам и ногам, рот завязан какой-то тканью. Видимо, она им дала жару, раз такие меры предприняли. Дикая.

Хочу крикнуть ей. Но она далеко и во власти этих… Кто знает, что у них в голове.

Выходит еще один балаклавный в сопровождении мужчины пониже, но с пистолетом в руке (всего четверо получается, скорее всего, все вооружены, один вытащил для устрашения) и начинает мне раздавать указы:

— Мой человек и ты идете одновременно, шаг за шагом, ты отдаешь нам камни, мы отдаем эту… — вероятно, хотел сматериться он.

— Хочу увидеть ее лицо и убедиться, что она в порядке! — кричу.

Один из четверки поднимает ее голову за подбородок и стучит по щекам. Далеко. С ней явно что-то не так. Видимо, без сознания. Сволочи. Борюсь с желанием их всех раскидать и подбежать к ней. Пока она в их руках, это опасно.

А если они подсунули мне другую? А если все-таки она с ними заодно?

— Бери такую или мы сейчас возьмем обоих на мушку и сами заберем камни, — показал он на крышу здания.

Хорошо, что они не в курсе, что для снайпера необходима специальная винтовка, со своим пистолетом он не так опасен. Похож на тот, что выдавали раньше нам, 9-мм ПЯ (пистолет Ярыгина). Дальность поражения как раз около пятидесяти метров. Успеем ускользнуть, если что.

«Лицо Дарины, значит, ты не рассмотрел, а пистолет у стрелка на крыше — пожалуйста. Фсбшник до мозга костей…» — лютует мой разум.

Конечно, я согласился. Вариантов не было. Один разрезал веревку, что соединяла ее голени, второй практически таща Дарину на себе выдвинулся мне навстречу. Даже про пистолет не спросили, надеются на своего стрелка. А если он выстрелит, как только камни окажутся у них? Проще уж было сразу в меня выстрелить и забрать всё, что им надо. Или они бояться, что я им не то подсуну? Или все-таки не хотят за убийство сидеть?

Мы медленно шли, шаг за шагом. Всего три шага, и она будет в моих руках. Но не доходя буквально метра, Дарина резко вскакивает, бьет своими связанными руками по морде бугая и кричит мне, чтобы я бежал. Дура!