Могут ли все-таки быть причастны Нестеровы? Не думаю. На них не похоже. Какая выгода от всего этого? Каков мотив? Если бы Гоша хотел ее подставить, сдал бы ментам с камнями (да-да, мы тоже называем их ментами).

Про кого же говорила Дарина по телефону: «Найди Кули…». По двум слогам точно не определить.

Я впервые ощущал такую безнадегу. А раньше казалось, что нам (работникам спецслужб) всё по плечу.

В руках затрезвонил телефон. Холод украдкой пробежался по спине. Номер не скрыт, но не записан. Пусть это будет она.

— Слушаю.

— Здоровяк, это Нестеров.

Епрст. Что тебе надо? Не занимай линию…

— Чем обязан?

— Я же говорил, помогу. Долго думал, говорить или нет, плюс ребят напряг. Всё-таки уже прилично времени прошло, пришлось поискать.

— Давай уже по существу.

— Короче, девчонку эту в подгузниках нам под дверь подбросили. Я искал фото записки, что была при ней, или информацию из нее. Нашел. А еще записи с камер. Сейчас всё пришлю тебе. Там в записке всякая чушь умалишенной мамаши, но, может, имя тебе чем-то поможет. Я, конечно, не смог его найти. Как найти человека только по ФИО, не представляю. Короче, там в конце сказано: «Если вдруг ее найдут и вам будет угрожать опасность, найди Кулибина Артура Игоревича, он вам поможет».

Пальцы разжались, и мобильник мгновенно выпал из рук. Помог так помог.

Чего он раньше молчал? Столько всего можно было избежать…

Когда я стал таким нервным? В работе я не припомню ни одного случая, где позволял эмоциям брать вверх. Я видел тысячи смертей. Стал каменным, непоколебимым. Но какая-то брюнетка-боксерша содрала с меня этот панцырь одним своим появлением. Точнее, теперь блондинка-боксерша. Разве время менять имидж?

Я даже не мог злиться на Дарину за то, что она скрыла истинное появление Сапфиры. Хотя она должна была сразу сказать. Обязана была. За это, конечно, я ее накажу. Заставлю помучиться. Главное — найти…

Теперь эта записка касается и меня. Теперь я отчетливо понимаю, что эта встреча не случайна. Осталось разгадать ребус.

Спустя пять часов после исчезновения Дарины машина, в которую они пересели, была наконец найдена. Умны эти ребята, выбрали офисный небоскреб с открытой подземной парковкой (потому что на первом этаже находились магазины) и, вероятно, дождались времени обеда, чтобы выехать, когда все работники одной цепочкой едут по делам.

— Под описание очевидицы подходит, и отпечатки совпадают с теми, что были в фургоне. Остальные отпечатки проверили, в базе нет. Водитель — Янгуров Олег, двадцать шесть лет. Мелкие кражи по малолетству. Наказание не отбывал, стоял на учете. Сейчас работает грузчиком в магазине стройматериалов, — мой начальник Степан Юрьевич с энтузиазмом взялся за дело.

Ему можно доверять. Тем более что у него свой интерес: найти крота и выяснить, как погиб Саня.

А для меня помимо всего этого теперь было важно спасти двух девушек и ребёнка. И это был далеко не долг по спасению людей, который я обещал сдерживать при поступлении в спецслужбу, а нечто большее.

Если бы не четкое появление лица этого Янгурова на дорожную камеру и описание той женщины с остановки, кто знает, сколько бы еще продлилась эта пытка.

Внутри все ликовало. Чувство, что мы близки, ощущалось острее с каждой секундой.

Ребята отслеживали все передвижения Янгурова, а я ждал от них геопозиции, чтобы рвануть на место, и попутно просматривал камеры того вечера, где Сапфиру с Варей похитили. Теперь я смотрел на это всё другими глазами.

Мой телефон настойчиво затрезвонил. Каждый звонок теперь переворачивал всё внутри, как в детстве, когда сильно раскачиваешь на качелях, только эмоция была не радости, а тревоги.

— Ил.

Всего две буквы, а внутри огонь заполыхал.

— Ты в порядке? — перебил я Дарину.

«По существу!» — рычал мужчина на фоне.

— Они ждут тебя с камнями на какой-то заброшенной птицефабрике за городом через час. Они знают, что ты их нашел. Сказали, чтобы ты был один. Не приходи, они… — в конце крикнула девушка, и звонок оборвался.

— Уроды! — сжал я до хруста телефон.

Если знают, что камни у нас, то крот работает от них. Или они работают на него. К своим обращаться нельзя. Сука.

Даже приехать раньше времени с ребятами в полной экипировке (если они уже там) не поможет. Потому что мы не знаем, кто крот. Он за секунду сольет им всю инфу.

Бл*ть. Я хотел спасти ее, а не быть убитым вместе с ней…

Никаких гарантий и обещаний. И времени катастрофически мало. Хороша сделка получается…

Рисковать Дариной не хотелось, но не мог же я сидеть сложа руки?

Хорошо, что я сейчас не на службе. Можно расхаживать, и никто тебя не тыкнет носом в работу, единственное — могут показать на дверь. Не привлекая внимания, брожу около кабинета штатного судмедэксперта. Михалыч сегодня не в духе. Почему я раньше редко с ним говорил? Даже не зайдешь, не спросишь, как дела, не вызвав подозрений. Все равно надо попробовать.