— В «Долгожданную радость», конечно, — просветил меня эксперт. — Господин Иевлин сегодня устраивает обед, и разослал приглашения всем постоянным посетителям. Я был уверен, что вы тоже приглашены.

— Я ушел из дома рано утром, — сказал я. — А зов господин Иевлин мне не посылал.

— Что вы, он никогда не присылает зов. Только официальное приглашение на бумаге. Господин Иевлин всегда соблюдает традиции.

— Займите для меня место, — решил я. — Так получилось, что сегодня я остался без завтрака. Поэтому обед в «Долгожданной радости» не пропущу ни за что.

— Отлично, — отозвался эксперт. — В таком случае, я жду вас.

Я выбрался за ворота заброшенных мастерских и прошел два квартала, прежде чем поймал извозчика.

— На Правый Берег, к Воронцовскому госпиталю, — сказал я, садясь на заднее сиденье.

Трактир «Долгожданная радость» находился на площади прямо напротив ворот госпиталя.

— Мигом домчу, ваша милость! — пообещал извозчик.

По дороге я послал зов Игнату:

— Игнат, мне сегодня доставляли почту?

— Так точно, ваше сиятельство, — официально ответил слуга. — Приходил почтальон и принес конверт от господина Иевлина.

Несмотря на то, что почти все жители столицы пользовались в общении мысленной речью, почтальоны никуда не делись.

Во-первых, кто-то должен был разносить газеты, которые служили горожанам главным источником новостей и развлечений. Во-вторых, существовала официальная переписка, которую тоже требовалось доставлять регулярно и точно.

А в-третьих, почтальоны были государственными служащими. А государственного служащего нельзя просто так уволить и лишить полагающегося ему жалованья. Подобная политика непременно подорвет устои, на которых держится вся Империя.

Так считал император, и министры были с ним в этом совершенно согласны.

— Я положил конверт на стол в вашем рабочем кабинете, — добавил Игнат.

— А у меня есть рабочий кабинет? — приятно удивился я.

До сих пор я отлично обходился небольшой гостиной на втором этаже. Там был выход на балкон, два мягких кресла, книжный шкаф и небольшой столик, на котором умещалась шахматная доска.

А больше я ни в чем и не нуждался.

— Есть кабинет, Александр Васильевич, — подтвердил Игнат. — На первом этаже, напротив моей комнаты.

Пожалуй, надо будет взглянуть на кабинет, когда вернусь домой. И поблагодарить дом за то, что он изо всех сил старается создать мне уют.

Что ж, приглашение на обед, и в самом деле, доставили. Значит, господин бывший императорский повар не удивится моему приходу.

Я попросил извозчика остановить мобиль рядом с трактиром, напротив ворот госпиталя. Расплатился и послал зов целителю Макарову.

Если уж я добрался на Правый берег, то почему бы не сделать два дела сразу?

— Добрый день, Антон Григорьевич! Это Александр Воронцов. Вы сегодня на службе? Я беспокою вас по поводу актера, которого доставили к вам вчера. Как его состояние?

— Состояние пациента тяжелое, Александр Васильевич, — поздоровавшись, ответил Макаров. — И продолжает ухудшаться.

По его голосу я догадался, что настроение у целителя мрачное. Хотя, обычно Макаров пребывал в хорошем расположении духа.

Правильное настроение жизненно важно для работы любого целителя. И для его подопечных тоже.

— Ковшин так и не пришел в сознание? — уточнил я.

— Нет, — ответил Макаров. — Скажу больше, я нарочно погрузил Ковшина в лекарственный сон, чтобы он не очнулся. Так ему меньше придется страдать. Кроме того, я беспокоюсь за безопасность других больных.

— Да что с ним такое? — удивился я. — Отравление зельями? Или что-то еще?

— Я точно не знаю, — помолчав, признался целитель. — Такое в моей практике еще не встречалось. В организме Ковшина происходят какие-то странные изменения. Они идут медленно, но при этом отчетливо заметны. Он словно перестает быть человеком.

Услышав это, я в изумлении остановился в двух шагах от «Долгожданной радости».

— Антон Григорьевич, вы можете объяснить подробнее? — попросил я целителя.

— Постараюсь, — вздохнул Макаров. — Вы же знаете, что некоторые жители Империи происходят от предков-оборотней? Это природные маги-анималисты.

— Знаю, — подтвердил я. — Но чистокровные оборотни давно стали большой редкостью А их потомкам тоже приходится развивать свой магический дар, чтобы научиться хоть ненадолго переходить в свою вторую сущность.