— Дай нам время до утра, — попросил туннелонец. — Уверен, мы что-нибудь придумаем.

— Встретимся здесь утром? — уточнил я.

— Нет. Сейчас тебе лучше всего вернуться домой и хорошенько выспаться. Ты слишком долго пребывал в двух мирах одновременно. С непривычки это может лишить тебя сил. Утром мы придем и принесем зелье.

Туннелонец легко взмыл над мостовой. Я тоже поднялся на ноги. Голова закружилась, и я схватился за перила.

Странно, ведь я проснулся всего пару часов назад!

Глубоко дыша, я смотрел, как туннелонцы серебристыми облачками тумана скользят мимо меня. Один из них нес на спине мешок. Мешок был туго набит, но не выглядел тяжелым. Похоже, туннелонцы снова побывали на Потаенной поляне садовника Люцерна.

— Почему вы пользуетесь мостом? — спросил я. — Могли бы просто парить над водой.

— У текучей воды своя магия, — долетел до меня ответ. — Нам лучше не соприкасаться с ней.

Туннелонцы растаяли в ночной темноте. Я несколько минут смотрел им вслед. Потом покачал отяжелевшей головой, еще раз встряхнул Колокольчик Бдительности и отправился домой.

— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство, проснитесь! Беда!

Голос Игната звучал так испуганно, что я мгновенно проснулся.

— Что случилось, Игнат?

— Беда, ваше сиятельство! Ведьмак пришел!

— Какой еще ведьмак?

— Высокий, в черном балахоне. Рыскает вокруг дома, ищет — как залезть.

Я вскочил с кровати. Недоуменно огляделся — на этот раз я проснулся в своей спальне, хотя совершенно не помнил, как сюда добрался.

Я быстро натянул штаны и распахнул дверь, чуть не пришибив ею старого слугу.

— Что за ведьмак, где ты его увидел?

— У калитки он, — захлебываясь словами, торопливо заговорил Игнат. — Я кофе взялся варить, выглянул в окно, а он стоит и на меня смотрит. Глазищи под капюшоном так и горят! И космы нечесаные — длинные, седые. Точно, ведьмак, больше некому быть. Эх и ружья-то нет! Хоть бы плохонькое ружьишко — пальнуть в него серебряной пулей!

— Сейчас я сам посмотрю.

Я шагнул к балконной двери, но Игнат схватил меня за руку.

— В глаза ему не смотрите, ваше сиятельство! Вмиг проклятье нашлет. Нельзя ведьмакам в глаза смотреть, это верная погибель. А может, Никиту Михайловича вызвать? Тайная служба-то быстро с ним справится, они для того и поставлены — народ от нечисти охранять.

— Успокойся, Игнат! — нахмурился я. — Тихо!

Вышел на балкон и перегнулся через перила.

Возле калитки стоял туннелонец. Я сразу его узнал, хотя сейчас он не выглядел как светящееся существо. Длинный черный плащ скрывал худую фигуру, из-под глубокого капюшона спускались длинные седые пряди волос.

Увидев меня, туннелонец чуть наклонил голову. Я махнул рукой, давая понять, что заметил его, и вернулся в кухню.

— Это не ведьмак, Игнат, — успокоил я старика. — Это туннелонец, существо из другого мира. Я встречался с ним ночью, и он обещал мне помочь.

— Да чем такое страшилище может помочь? — засомневался Игнат. — Не связывались бы вы с ним, Александр Васильевич.

— Магии виднее, — рассмеялся я. — Давай-ка, сварим кофе.

С чашкой в руках я спустился в сад и подошел к калитке.

— Твой дом хорошо бережет тебя, — сказал туннелонец. — Пожалуй, я не стану входить, даже если ты меня пригласишь.

Он стоял в трех шагах от калитки, не пытаясь подойти ближе.

— Да, мой дом — удивительное существо, — согласился я.

— А эти колокольчики, — туннелонец легким движением руки указал на ограду. — Сильная защитная магия. Такую защиту мог установить только тот, кто искренне беспокоится о тебе. Сильный маг.

Колокольчики тихо звенели на утреннем ветерке, словно были полностью согласны с туннелонцем.

— Игнат очень удивился бы, узнав, что владеет магией, — улыбнулся я.

— Это неважно, — ответил туннелонец. — Знать не обязательно.

— Ты принес зелье? — спросил я.

Вместо ответа туннелонец достал из складок черного плаща стеклянный пузырек и протянул его мне.

Зелье сущности оказалось густым, янтарного цвета с красноватыми прожилками. Я внимательно рассмотрел его и спрятал пузырек в карман.

— Сегодня ты выглядишь по-другому, — сказал я.

— Да, — кивнул туннелонец. — Чтобы прийти сюда, мне пришлось временно разорвать связь со своим миром. Иначе я не смог бы уйти далеко от лаборатории. Сейчас я полностью принадлежу этому миру.

— Воплотившееся сновидение, — усмехнулся я.

— Так и есть, — согласился туннелонец.

Он внимательно посмотрел на меня — в темноте под капюшоном фиолетовым светом блеснули глаза.