Мое отступление длилось недолго. Неожиданно все тело охватило волной теплоты, и ноги отказались слушаться, прекратив движение. Слишком поздно я поняла, что это было делом рук Дэя.

– Как ты думаешь, Эвани, какая смерть может принести наслаждение и жертве, и самому убийце? – раздался в опасной близости его вкрадчивый голос, и я резко подняла глаза на недавнего союзника.

Он стоял в нескольких шагах от меня, словно охваченный неярким сиянием. Капюшон уже ставшего привычным балахона сполз на плечи, и я увидела, как и во время невольно подсмотренного купания, развевающиеся черные волосы водника. Я поняла, откуда создавалось ощущение, будто голова и одежда Дэя светятся. Во всем была виновата луна: она размывала очертания мужского тела, делая их более привлекательными и…желанными, сводя на нет все мои попытки усмирить тьму. Сам же Дэй стоял в расслабленной позе, словно ждал, когда я сорвусь и подойду к нему настолько близко, насколько это возможно.

– Это ты… – не в силах поверить в сигналы, которые отсылало собственное тело, выдохнула я.

– Умница, угадала, – похвалил Дэй и неспешно двинулся ко мне. – Так знаешь ли ты, Эвани, от какой смерти слаще всего умирать?

Я покачала головой, не отрывая взгляда от приближающегося ко мне водника. Каждая клетка тела молила о том, чтобы он более не медлил.

– Самой прекрасной смертью является смерть от любви, – не дождавшись моего ответа, пояснил Дэй. – А самым вкусным является поцелуй демона, дарящего тебе смертельную любовь.

– Инкуб, – с трудом подбирая слова, я застыла в мучительном ожидании приближения водника.

– Умница, – снова похвалили меня. – Если ты думала, что я буду убивать тебя своей родной стихией – напрасно. Вода только охлаждает мой пыл. А у меня на тебя пусть и недолгие, но грандиозные планы, – с этими словами он подошел ко мне, обхватив одной рукой за талию, второй – за плечи, и прижал к себе.

– Хочешь умереть сладко, Эви? – тихо спросил Дэй, вдыхая запах моих волос.

Стоило ему до меня дотронуться, как тьма тут же перестала бунтовать. Словно почувствовала свое и теперь обещала быть послушной, лишь бы я не отпускала Дэя. Странно, но в душе вместе с улегшейся бурей исчезло и ощущение направленного влияния водника, а сама я словно очнулась от сна. Я не могла оттолкнуть человека, находиться рядом с которым стало одним из естественных желаний. Вместо этого я подняла руку, прикоснувшись ею к шершавой щеке Дэя, и целое мгновение вечности позволила себе наслаждаться этим ощущением.

– Ты многих убил, Дэй? – как можно более ласково спросила я.

Вопрос заставил молодого человека вздрогнуть. Неужели я, сама того не подозревая, отыскала ключ к возвращению Дэя?..

– Иви… – выдохнул он мне в волосы, и меня пронзило незнакомым ощущением теплоты, которого я нисколько не испугалась. Просто оно не было связано с искусственным притяжением, которое водник мог вызвать в других. Это была моя собственная реакция на Дэя.

– Многих или нет? Ответь мне! – смелея, повысила я голос, неспешно поглаживая его волосы. В то же самое мгновение, когда мою ладонь сверху накрыла рука Дэя, над ухом раздался его хриплый ответ:

– Никого, Эвани…

– Тогда борись с этим желанием, – внезапно дрогнувшим голосом ответила я. – Можешь убивать меня, но не сейчас, пусть наша смерть станет общей, но не делай этого со мной, когда тобой руководят туманные демоны!

– Иви… – сдавленно прошептал он.

– Я помогу тебе, – горячо зашептала я. – Сделаю все, что хочешь, только борись! Пожалуйста, Дэй, не прекращай сопротивляться ни на мгновение!

– Тогда ударь меня, – он отстранился и обнял мое лицо ладонями. – Выпусти всю тьму, которую только сможешь освободить. Она изгонит демонов, Эвани. Пожалуйста, помоги мне…

Я знала, что он говорит серьезно. Но сделать то, о чем он так яростно просил…

– Я боюсь, – сдавленно прошептала я.

– Эвани! – взмолился он. – Я не хочу проснуться утром с твоим остывшим телом в объятиях! Пожалуйста…

И я ударила. Зажмурилась и, собравшись, вытолкнула наружу всю свою тьму. Импульс оказался настолько сильным, что меня отшвырнуло от Дэя и отнесло к обугленным деревянным пням, еще недавно хвалившимся своими длинными ветвями. Неужели и на это была способна моя тьма? Больно ударившись об одно из поломанных деревьев, я начала терять сознание, успев заметить, как над разнесенным почти до основания пнем вспыхивает маленький огненный язычок.

– Эви, Эви… – голос меня совсем не уговаривал. Он рычал, стонал, делал что угодно, лишь бы я откликнулась на его зов. Медленно я стала прислушиваться, ведь это был не просто голос. Это был голос, который я полюбила.

Открыв глаза, я сразу обнаружила склонившегося надо мной Дэя. Лицо, как и всегда, было скрыто дымкой, но о его чувствах несложно было догадаться по судорожным объятиям. А потом в ноздри ударил запах гари.

– Эви, нам нужно уходить! – уговаривал меня Дэй, поднимая меня на ноги. – Скоро здесь все сгорит!

Где мы оказались? Окинув взглядом окрестности, я не обнаружила вокруг ничего, кроме бесконечного огня. Сердце замерло – сбылся мой самый страшный кошмар.

– Эви, послушай меня! – Дэй снова привлек к себе внимание, пусть и с большим трудом. – Я помогу уничтожить этот огонь, но мне нужно знать, что ты в это время будешь в безопасности. Я не в силах сосредоточиться, когда ты рядом и дрожишь хуже осинового листа! Соберись. Я отведу тебя в пещеру и вернусь сюда. Только сделай первый шаг, пожалуйста!