Но тот, кого назвали Олегом, опустил меч в ножны и придержал разгорячённого погоней коня.

– Дозволь, я его копьём достану, - сказал усатый варяг и поднял копьё.

Но Олег властно остановил его:

– Опусти копьё, Свадич. Он от нас теперь никуда не уйдёт. Но я хочу его спросить.

– Чего его спрашивать?
– проворчал Свадич, но копьё опустил.

Олег обратился к Ролаву:

– Ты, смерд, замолчи и выслушай меня. Убери топор, тебя никто не тронет, даю слово.

По тому, как говорил этот варяг, Ролав понял, что он среди них главный. Опасливо озираясь, он всё же опустил топор.

– Ты из этой деревни?
– спросил Олег.

– Да.

– Кто её разорил?

– Вы, вы!

– Мы твою деревню не жгли, и полона, сам видишь, у нас нет.

– Но вы оставили свой след, вот!
– И Ролав бросил под ноги варягам найденную им в хворосте стрелу.

Олег протянул руку и повелительно произнёс:

– Подай.

Свадич поднял стрелу. Олег осмотрел наконечник, оперение и нахмурился.

– Дружина, - сказал он, - стрела свейская.

Гул возмущения прокатился по дружине.

– Что будем делать?
– спросил Олег.
– Продолжим путь, поедем по остальным деревням и соберём то, что нам оставили? Или догоним грабителей и в бою вернём то, что принадлежит нам по праву?

– В погоню! Если спустим им сейчас, они повадятся в наши деревни! послышались голоса.

– Да будет так, - заключил Олег и снова обратился к Ролаву: - Я прощаю тебе, смерд, что поднял руку на меня.

Твой гнев справедлив, и не твоя вина, что ты ошибся. Сейчас у нас с тобой один враг. Ты смел и, если пойдёшь с нами, отомстишь за кровь родичей.

– Я пойду!
– воскликнул Ролав.
– У меня нет коня, но я и бегом от вас не отстану, если ты позволишь держаться за твоё стремя.

Олег засмеялся.

– Я дам тебе коня.

Ролаву дали одну из запасных Олеговых лошадей.

– А меч ты когда-нибудь в руках держал?
– спросил Олег.

– Нет, - честно признался Ролав, хотя ему и очень хотелось опоясаться мечом, как все дружинники.

– Тогда действуй топором. Свей - не те враги, на которых можно учиться владеть оружием.

Часть варяжского отряда осталась с обозом, остальные во главе с Олегом пустились в погоню.

Вскоре стало ясно, что свей, видимо, направлялись к дороге, что шла из Пскова через земли полочан и чуди к морскому побережью.

Путь их каравана пролегал по лесу, где не было ни дорог, ни троп, а более удобное для прохода мелколесье коварно заводило в гиблые топи, которые не замерзали даже зимой.

Но свей шли, держа направление точно на северо-запад, обходя буреломы кратчайшей дорогой и не соблазняясь удобными на первый взгляд проходами.

Их вёл человек, хорошо знающий эти места.

Не отдыхая, варяги доехали до первой ночёвки каравана.

Здесь дали отдохнуть лошадям, поели сами.

– К вечеру должны догнать, - сказал Олег.

Отдохнувшие лошади шли рысью.

Тёмная буреломная роща светлела. Местность становилась выше. Среди ольшаников и ельников стали попадаться сосны. Чувствовалась близость морского побережья.

Но чем дальше, тем более хмурым становился Олег.

К нему подъехал старый дружинник Добромир п тихо сказал:

– Воевода, сколько гоним, а всё их следующей ночёвки не видать. Может, с пути сбились и это не их след?

– Их, - ответил Олег.
– Просто они эту ночь не останавливались, торопились. Или опасаются погони, или, значит, где-то близко их дракары. Надо спешить.

Олег подхлестнул коня.

Наконец сквозь сосняк заголубели небо и море.

Однако как ни гнали коней варяги, всё же опоздали. Когда они выехали на морской берег, то увидели в море, в двух полётах стрелы от берега, шесть дракаров под красными полосатыми парусами.

На палубах дракаров, кроме воинов и гребцов, тесными кучками сидели пленники.

Ролав застонал от бессильной ярости.

– Это Торстен - Собачий хвост, - сказал Олег, вглядываясь в море.
– Его корабли, его воровская повадка грабить чужих данников.

– Торстен - Собачий хвост, - повторил Ролав.
– Теперь я знаю имя: Торстен - Собачий хвост.

Олег поднёс ко рту ладони, сложил трубой и громко крикнул:

– Эй, Торстен, знай, мы ещё встретимся с тобой, и тогда, клянусь моим мечом, ты не уйдёшь от меня! Это говорю тебе я, Олег!