«"Тьма" — группировка, обладающая силой Бездны…», — именно с этого начинался информационный файл. Бездна, я слишком хорошо помнил рассказ Расина, и мне страсть как не хотелось бы встречаться с её носителями, в особенности, когда она направлена будет против меня и моих одногруппников. Далее шли данные об основных лицах группировки, по совместительству сильнейших бойцах "Тьмы", всего таких было восемь. Казалось бы, не так уж и много, но это если не внимательно вчитываться в строки машинописного текста и не осознавать написанное. К примеру, мужчина без лица по имени Шра, да, именно так и описывался объект, имеет стопроцентное сродство с Бездной, и поэтому тут же шла приписка: «При столкновении незамедлительно бежать». Коротко, доходчиво и очень ёмко описывало эту миссию в целом. Мы лезли в логово убийц, наркодилеров и работорговцев и ещё бог знает какие грехи лежали на этом рассаднике. Но в предоставленной нам информации были не только плохие новости, так же здесь было дано определение Бездны и её свойств, возможности применения и способов противодействия.

Лагерь мы разбивать не стали, а сразу, укутавшись в местные бедуинские балахоны, выданные нам вместе с артефактами, небольшой колонной направились в сторону объекта. Путь оказался трудным и утомительным. Магией никто из нас не пользовался, дабы лишний раз не привлекать чужой заинтересованный взгляд.

Ветер, песок и жара, которой было откровенно плевать на утонувшее за горизонтом солнце и наступившую ночь. Кстати, тракт, по которому мы сейчас шли, не был безлюден. Люди, укутанные в точно такие же балахоны, неторопливо шагали по нему в одном с нами направлении. Видимо, свободные торговцы с пространственными сущностями, у которых имелся пространственный карман, как у нашей вечно мрачной миниатюрной магессы аж с тремя такими душами внутри. Она, кстати, и переносила весь скарб и амуницию, которую мы планируем использовать перед походом на территорию базы преступников.

На ночь мы остановились в расщелине. Прошагав некоторое время, Лезар заметил, что людей на дороге становится всё меньше и меньше, многие сходили с ухоженной дороги и направлялись куда-то в скалы и пустошь. Скорее всего, там были поселения, невидимые глазу отсюда.

— Если мы останемся на тракте одни, то это будет подозрительно, — изрёк я, сыграв роль легендарного капитана очевидность.

Неприятности, конечно, не заставили себя долго ждать. Только мы расположились на ночлег и пошли спать, оставив караулить Ледяного и Хама, как случилось нападение. Костёр ещё тлел, а мы, расположившись вокруг него, мирно спали, как раздался треск, и в Мейза влетела молния. Прозрачная ледяная защита проявилась в реальности, рассыпавшись на осколки. Мне как раз не спалось в этот момент, а потому я вскочил и закричал даже раньше нашего дозора:

— Нападение!

Щит уже окутал меня и очень вовремя, так как сразу три белых ветвистых разряда прилетело по мне. Я же не стал бить по темноте, а вместо пустой траты времени и сил скомандовал:

— Обнаружение, защита, отражение.

Мейз тут же воздвигнул вокруг отряда прозрачный ледяной купол, а Сима приложила ладони к песку и проговорила:

— Мы окружены, около пятидесяти противников.

Если их так много, и мы до сих пор живы, это может значить лишь одно.

— Кто вы? — крикнул я. Благо, ИСУР услужливо преобразовывало мою речь в понятный язык для местных.

— Сдавайтесь. Мы из "Тьмы".

— Почему не убили? — всё же задал вопрос я.

— Зачем? Нам нужны одарённые рабы из Империи, — последние слова человек из "Тьмы" выплюнул, словно оно было ругательным.

— С чего вы решили, что мы из Империи? Мы просто путешественники.

— Ага. Группа молодых одарённых, объявившаяся в окрестностях межмирового перехода? — С явной иронией, граничащей с издёвкой, сказал мужчина, заставив мои зубы скрипнуть, и я оглядел нашу компанию. У меня промелькнула мысль сдаться этим людям и пробраться внутрь в качестве рабов, но раз уж они знают, кто мы, то операция теряет всякий смысл.

«Сигнал о бедствии невозможно отправить. Имперская связь заблокирована неизвестным способом. Просьба повторить запрос позже», — возникла надпись перед глазами, и я, не сдержавшись, выругался. Хвалёную стратегическую связь великой Империи Аренат блокируют все, кому не лень.

— И не пытайтесь достучаться до империи. Как только портал был обнаружен, планету тут же отрезали от любых внешних воздействий, — охотно пояснил бандит моё недоумение.

— Всё на защиту. Тот усиливаешь щит ледяного, Сима, блокируешь любые искажения, Хам помоги Симе. Фина, общая подпитка. Ганс, используй магию тьмы и скорости. Лезар… сыграй нам что-нибудь зажигательное, — улыбнулся я и воздел, как заправский маг из какого-нибудь малобюджетного кино, руки в небо. Вот только окружившие нас люди не были актёрами, как и мы, впрочем.

Натренированная группа моментально выполнила приказ, и на всё про всё у нас ушло не более пяти секунд. Фина раскинула свои руки, словно пытаясь обнять весь мир, и от неё потянулись полупрозрачные нити энергии, вливаясь в наши тела и души, принося с собой бодрость и энергетическое наполнение. Тот молниеносно прислонил руки к ледяному куполу, и от них по нашей защите потекли кровавые трещинки, превращающие наше укрепление в настоящую крепость. Хам, принявший облик Симы, сел рядом с ней и тоже приложил руки к песку. От этих двоих реальность на миг дрогнула, но не более. Теперь в наш купол никто не сможет перенестись. Вообще, всё это было похоже на проверку наших возможностей как боевого отряда, а не операцию по захвату. Если бы захотели, то крепкий боец тут же преодолел бы лёгкую пространственную рябь, что ставила Сима на ночь, на всякий случай, и взяли бы нас тепленькими, даже не запыхались. Но нет. Решили пострелять, разбудить и даже поговорить.

— Бездна. В одном из вас наш Командэр учуял её. Если этот человек пойдёт с нами, остальным гарантируем неприкосновенность, — внезапно сказал всё тот же переговорщик, сменив риторику с рабства на чуть ли не гости.

— Для чего? — сузил я глаза. Мне решительно не нравилась осведомлённость Тьмы о нашем прибытии и эта ловушка… звучит абсурдно — закрыть целую планету от пространственных переходов только ради нас, даже не так, ради меня одного. Бред какой-то.