Теперь я обратилась к его матери, которая с тревогой следила за моими действиями.

– Ушиб довольно сильный, но скорее всего ничего опасного. Отек спадет за пару дней, если вы будете прикладывать что-то холодное, только не на долго. А я пока зафиксирую руку, чтобы она оставалась в покое. Никаких подвижных игр или рисков снова упасть на нее. – Я снова повернулась к мальчику. – Запомните, молодой человек, никаких подвижных игр. Только покой.

Мальчик, все еще немного испуганный, смотрел на меня с недоверием и немного насупившись.

– Мне нужна моя сумка, – на этот раз я обратилась к Рейнарду.

– Я могу привезти, если вы подождете здесь. – Он огляделся, видимо мысль оставить нас в этом месте ему была не по душе, но мы оба понимали, что так будет быстрее. Я кивнула. – Хорошо, я быстро.

Он одним махом снова оказался в седле. Я невольно сглотнула от этой картины. А после пустился галопом.

Осознав вдруг, что слишком долго смотрю на удаляющуюся фигуру Рейнарда, я смутилась и отвела взгляд. Но тут же наткнулась на понимающий взор матери мальчика.

– Наш лорд очень хорош, – с легкой понимающей насмешкой произнесла она, но почти сразу потеряла ко мне интерес, снова обратив внимание на сына.

Впрочем, спорить с ней я и не собиралась.

Рейнард вернулся и правда очень быстро. За это время я успела дать матери мальчишки еще некоторые рекомендации.

Вместе с Рейнардом приехал и один из мужчин из поместья.

– Бедрик проводит вас домой, – пояснил он, когда они оба спешились.

Я взяла сумку из его рук и взялась за дело.

– Ты знаешь, что такое подвязка для рыцарей? – спросила я, фиксируя шину на руке мальчика. Он выглядел явно не слишком довольным, но все же кивнул мне. – Это как щит для твоей руки. Она будет защищать ее, пока ты не станешь снова сильным.

Его взгляд немного прояснился, и он снова кивнул. Я аккуратно наложила повязку, используя ремешок от своей сумки, чтобы подвязать руку и сделать ее неподвижной. Весь процесс занял несколько минут, но я старалась работать так осторожно, как только могла.

– Вот так, – сказала я, отступив на шаг, чтобы оценить свою работу. – Теперь ты настоящий рыцарь, готовый выздоравливать.

Мальчик робко улыбнулся, его лицо немного расслабилось. Я знала, что боль еще останется, но сейчас он выглядел намного спокойнее, чем в начале.

– Спасибо вам, миледи, – прошептала его мать, прижимая сына к себе. Ее голос дрожал, а в глазах блестели слезы благодарности. – Мы будем делать все, что вы сказали. Будьте благословенны.

Она поклонилась нам, я кивнула в ответ и вернулась к Луне, чувствуя, как внутри разливается тепло. Помощь этому ребенку напомнила мне, почему я выбрала свою профессию. Даже такие небольшие моменты могли изменить чью-то жизнь.

Когда мы снова двинулись в путь, я заметила, что Рейнард внимательно смотрит на меня.

– Похоже, вы не можете пройти мимо, если кто-то нуждается в помощи, – сказал он с легкой улыбкой.

– Это просто то, что я умею, – ответила я и не удержалась, чтобы не подначить в ответ, – и между прочим, вы первым поспешили к ним.

– Ваша правда.

Когда мы вернулись в поместье, солнце еще ярко светило, окрашивая зеленые лужайки и величественные деревья в мягкие золотистые тона. На этот раз конюхи сами занялись лошадьми, а двор наполнился звуками шагов и тихими голосами. Несмотря на усталость, я чувствовала удивительное спокойствие от этой прогулки, как будто природа и помощь тому мальчику вернули мне силы.

Соскочив с Луны, я поймала взгляд Рейнарда, который, казалось, все еще наблюдал за мной.

– День был насыщенным, – заметил он, снимая перчатки. – Надеюсь, вы не слишком устали?

– Вовсе нет, – ответила я честно, чувствуя тепло от его заботы. – Буду рада повторить, если пригласите снова.

Я произнесла и тут же осеклась, понимая, что это может показаться наглостью. Осторожно глянула на Рейнарда, который, похоже, все понял. Вот ведь проницательность!

– Обязательно, – усмехнулся он, и мы отправились к дому.

Едва переступили порог, как к нам по лестнице сбежала Люсиль, ее золотистые кудри ярко сияли в солнечных лучах, что проникали через окно.

– Леди! Вернитесь! – Марта, держась за грудь, тяжело гналась за ней. Лишний вес и возраст не помогали бедняжке, и я ощутила себя виноватой. Кажется, едва окрепнув, малышка уже не так охотно проводила время в постели. Она крепко прижимала к груди свою любимую тряпичную куклу и радостно звала нас.

– Анна! Дядя Рей! Вы вернулись! – ее голос был полон восторга.