Кристен подходит ко мне. Он обнимает меня рукой, его собственное лицо искажено болью, тело сотрясается от последствий утопления.

— Это пройдет, — выдыхает он.

И когда слова покидают его, боль утихает.

Мое зрение обостряется, и я смотрю на него, наши груди вздымаются в унисон.

Он касается моей щеки, проводит большим пальцем по подбородку.

Печаль и ярость, любовь и ненависть — чувства, которые принадлежат мне, но сейчас приходят ко мне как его. Я чувствую его боль, чувствую свою. Меня тянет к нему, и ужас поселяется внутри меня.

Якорь. Я его якорь.

Из оркестра в углу звучит музыка. По всему бальному залу разносится праздничный звон напитков.

— Дамы и господа, — объявляет наш представитель-роялист со своего поста, все еще находящегося на балконе. — Ритуал удался! Я представляю вам новых короля и королеву Королевства Эстал.

Кайя и Тейлис с трудом поднимают нас с Кристеном с пола.

Кристен устало кивает головой и слабо улыбается каждому проходящему мимо Роялисту, но я не могу заставить себя ни на кого взглянуть. Я смотрю в землю и следую за ним.

Не потому, что я этого хочу.

Но потому, что теперь я должна.

И я понимаю, что мне никогда не сбежать. Я могу вернуть Гретту, но мы не сможем сбежать или жить долго и счастливо. Нет. Я останусь рядом с ним. На всю оставшуюся жизнь. Теперь между нами существует некая ниточка, прочная связь, к которой я могу подключиться и чувствовать его эмоции так глубоко, что они легко могли бы стать моими, если бы я позволила себе подталкивать их достаточно долго.

Думаю, именно поэтому я убила тебя.

Голова Кристена резко поворачивается, когда мы входим в холл.

Я поднимаю на него взгляд.

— Что?

Он хмурит брови, но смиренно поджимает губы и отворачивается, позволяя Тейлису помочь ему подняться по лестнице.

Я смотрю на Кайю, которая помогает мне идти. Я едва осознала, что это она ведет меня вперед.

Ее милое личико искажается ужасной ухмылкой, когда она смотрит на меня.

— Ты, черт возьми, уже можешь ходить? — ворчит она.

Я отталкиваю ее от себя и, спотыкаясь, иду вперед. Я хватаюсь за массивную каменную колонну, делаю глубокий вдох, затем заставляю себя ставить одну ногу перед другой.

— У меня тоже нет желания быть рядом с тобой, — выплевываю я ей.

Она отмахивается от меня, закатывает глаза и направляется к Тейлису и своему брату, поднимающимся по лестнице.

Я плетусь за ними, дрожа в своем мокром белье.

— Помоги ей, — ворчит Кристен впереди.

Кайя рычит что-то непристойное себе под нос.

— Мне, блядь, все равно, Кайя. Она моя жена и твоя королева. Так что иди, блядь, помоги ей, — рычит он.

Укол раздражения проносится по нити, соединяющей его и меня. Я прикусываю губу, когда Кайя возвращается ко мне и хватает за запястье.

— Давай, — говорит она, раздувая ноздри.

— Я действительно в порядке, — говорю я ей достаточно громко, чтобы Кристен мог услышать.

Кайя оглядывает меня с ног до головы.

— Что случилось с твоим платьем?

Я хмурюсь.

— Мне пришлось плыть к Кристену, и оно останавливало меня. Я оставила его в том… том месте.

Она вздыхает.

— По крайней мере, ты не потеряла корону. На нее у нашего лучшего мастера ушло несколько ночей.

Корона.

Я протягиваю руку вверх, наполовину испугавшись, что она, возможно, все еще неподвижна на моей макушке, но она легко убирается.

— Кайя, — тихо говорю я, сглатывая.

От моего тона суровое выражение ее лица смягчается.

— Я больше этого не чувствую, — выдыхаю я, мое сердце замирает, и меня охватывает настоящий страх.

Она морщится и помогает мне подняться по ступенькам.

— Чего ты не чувствуешь?

Я останавливаюсь наверху лестницы, пропуская Тейлиса и Кристен вперед. Я поворачиваюсь к ней, в отчаянии вглядываясь в ее лицо.

— Свободу. Кажется, я ее потеряла.

Кайя на мгновение отводит взгляд, ее губы кривятся. Когда она снова смотрит на меня, ее голубые глаза темнее и печальнее.

— Это потому, что ты ее потеряла, Зора.

Глава 23

КРИСТЕН

Эмоции Зоры сокрушают меня. Я шиплю сквозь зубы, гнев разрывает мне грудь.

— Что, черт возьми, произошло? — спрашивает меня Тейлис, пока мы идем по коридорам.

Я качаю головой.

— Хотел бы я рассказать тебе. Это было непохоже ни на что, что я когда-либо испытывал. С тобой и Кайей это было напряженно, но совсем не так.