— Пусть так. — с тяжелым вздохом уткнувшись носом в ложбинку на Его шее, я была рада хотя бы тому, что имею. — Но могу я хотя бы узнать имя.

— Имя? — он странно посмотрел мне в глаза, словно ожидая подвоха.

— Золотов Александр Семенович — это ведь не по-настоящему, верно? — предположила я, неловко пожимая плечами. — Хочу знать имя того, кого… целую.

Прикусив губу, едва не сказала больше. То, к чему еще сама не была готова.

— Саандэр з’Лортовье. Но ты можешь называть меня так, как привыкла. Из твоих уст это заучит особенно прекрасно. — профессор сделала шаг назад, наклонился и галантно поцеловал мою руку, прожигая адскими глазами, полными желания и порока. — Приятно познакомиться, Эмма Саласки.

«Это уже что-то!» — подумала я с облегчением.

Тем вечером все было чудно. Мы гуляли, говорили обо всем и не о чем. Изредка мужчина позволял себе целовать меня, будто не сдерживая внезапный порыв. Когда я засматривалась на что-то диковинное, то ловила на себе его взгляд, полный и восхищения, и обожания. Он смущал и заставлял краснеть. Прощаясь, я просто так ляпнула, совершенно не строя никаких планов:

— Ох, так и не могу понять, чем провинились эти милые цветочки? Я была бы рада просыпаться под их запах.

Следующим же утром, стоило только открыть глаза, я увидела сотни ваз с рахаром, а также крохотную записку: «Надежда умирает последней». Мы оба понимали, как сильно хотим, чтобы чувства оказались настоящими.

С того дня все изменилось.

Перестал ли профессор прятаться в лаборатории? О, нет! Мужчина продолжал сдерживать себя, ища пути решения нашей проблемы. Но отношения все же смягчились.

Утром, устав слоняться без дела, я отправилась на кухню, где Линда во всю мастерила обед.

— Я хочу приготовить сама. — просила ее я.

— Но, ведь господин… — растерянно пробормотала она.

— Он будет только рад, что его любимая работница пару часиков отдохнет. — заверила ее я с улыбкой. — Умоляю! Я не привыкла так много отдыхать…

Не долго колеблясь, Линда все же поддалась уговорам. Но предпочла остаться рядом и никуда не уходить. Напряженно следила за каждым моим действием и, видимо, ждала, когда я устрою пожар или потоп.

Кухня в доме гениального изобретателя буквально дышала на ладан! Во-первых, никакого тебе привычного людям электричества. Газовой духовки нет, а на ее месте доисторическая печь. Про микроволновку, тостер, гриль и прочее вовсе говорить не стоит. Вместо холодильника — погреб. Вместо вытяжки — вентиляция на улицу.

Я принципиально справилась самостоятельно, не привлекая к помощи Линду, что оказалось совсем не просто. Но когда в обед мы собрались за столом, а профессор распробовал мой сливочный киш с курицей и брокколи, я решила так или иначе разрешить ситуацию.

— Вы ведь можете все, верно? — мужчина напряженно кивнул, даже переставая дышать. — Так вот, организуйте в своем доме нормальную современную кухню по последнему слову техники. Почему Линда, маленькая и хрупкая девочка…

— То же мне, девочку нашла… — прыснул мужчина, закатывая глаза. — На прошлой неделе Линда собственными руками отнесла фермеру сбежавшую корову.

— … Должна корячиться, как рабыня? Ей нужны человеческие условия работы! — закончила я воинственно, беспринципно. Хоть Линда и не была человеком, ей наверняка было приятно пользоваться благами современной цивилизации.

— И, все же, моя работница прекрасно справилась с ужином в краткие сроки. Сегодня превзошла саму себя! — произнес мужчина гордо, указывая мне же на мой же пирог. — Довольно вкусно для хрупкой девочки и «средневековой кухни», не находишь? Разве на вашей, человеческой, кухне возможно сотворить что-то подобное? Сомневаюсь, дорогая! Здесь нужны годы практики и профессионализма.

— Это не я готовила, мой господин. — ошарашила профессора Линда, тихо хихикая в кулачок. Лицо Золотова перекосило сперва от шока, а после от осознания того, как влип.

— Я приготовлю вам еще, если сделаете ремонт. — с победной улыбкой встав из-за стола, я весело подмигнула мужчине, на последок добавив: — Ах, да! В приличных домах, чтобы отблагодарить хозяйку за еду, настоящий галантный мужчина моет посуду. Вы же настоящий и галантный?

Челюсть профессора едва об пол не ударилась. И пока он не придумал, что ответить, на всякий случай напомнила:

— Первой в списке покупок должна быть посудомоечная машина — так и запишите.

Совершенно не представляю, как мужчина смог все организовать, но уже к следующему дню кухня выглядела совершенно иначе. Такого изобилия современной техники я не видела никогда, хотя была не из бедной семьи. Вместо холодильника рабочие обустроили три огромных холодильных камеры. Посудомоечная машина оказалась настольно огромной, что там в пору мыть запчасти трактора. В раковине теперь можно было купать детей, а вытяжке бы позавидовали многие рестораны. Кроме того, Золотов забил все полочки человеческими продуктами.