Однако ночью ветер вновь усилился. К рассвету пятого дня ударил новый мороз, опустивший столбик термометра до минус тридцати градусов. Работы пришлось вновь корректировать с учетом погодных условий.

— Теплоизоляцию на свежезалитый бетон положите в три слоя! — распорядился Рихтер. — Жаровни не гасить ни на минуту!

Несмотря на возвращение холодов, строительство продолжалось. Люди уже адаптировались к суровым условиям. Разработали специальные методы работы на морозе.

Особенно впечатляюще выглядели сварщики. Их фигуры в брезентовых укрытиях, освещенные голубоватыми вспышками сварки, казались фантастическими существами из другого мира. Искры разлетались снопами, освещая темные зимние сумерки.

Карпов, старший сварщик, лично проверял каждый шов на ответственных участках:

— Здесь перевари, — указывал он молодому помощнику. — Видишь, неравномерный прогрев. А тут добавь еще один слой для прочности.

К исходу недели буран окончательно утих. Мороз по-прежнему держался крепкий, но без ветра работать стало значительно легче. Строительство нефтепровода вернулось к нормальным темпам.

На четырнадцатом километре уже отчетливо вырисовывались контуры будущего нефтепровода. Усиленные опоры надежно держали трубы, а специальная конструкция на свайном основании обеспечивала устойчивость даже на подтопляемых участках.

Рихтер с удовлетворением осматривал проделанную работу:

— Выдержит, — говорил он, постукивая по металлической трубе. — Даже в самый сильный паводок не потревожит.

Краснов, приехавший из основного промысла для инспекции, тоже остался доволен:

— Хорошая работа, Александр Карлович. Как оцениваете перспективы завершения в срок?

— При нынешних темпах закончим в отведенное время, — ответил Рихтер. — Осталось решить вопрос с насосной станцией. Там особые сложности из-за монтажа тяжелого оборудования.

— С насосной разберемся, — кивнул Краснов. — Главное, что основная артерия будет готова.

Вдоль всей трассы теперь отчетливо виднелась стальная линия нефтепровода, поднятая на прочных опорах над землей. Эта конструкция, созданная руками тысяч людей в экстремальных условиях, должна была стать настоящей артерией промысла, перекачивающей ценнейшую нефть.

Когда Краснов и Рихтер возвращались в штаб, главный инженер заметил:

— Знаете, Леонид Иванович, этот буран, как ни странно, сыграл нам на руку.

— В каком смысле? — Краснов удивленно поднял брови.

— Инспектор Сергеев четыре дня просидел в поселке, не имея возможности выбраться на объекты, — усмехнулся Рихтер. — Зато мы успели подготовить все документы в точном соответствии с требованиями. А теперь еще и наглядно показали, что даже стихия не может остановить наше строительство.

Краснов улыбнулся:

— Пусть это будет уроком для них. Мы построим этот нефтепровод, чего бы это ни стоило. И никакие бюрократические препоны не помешают.

С этими словами они вошли в штабную палатку, где уже собирались бригадиры для вечернего совещания, готовые планировать новый этап строительства.

Начало марта выдалось обманчиво мягким. Дневные оттепели сменялись ночными заморозками, превращая дороги в ледяные катки, а утренние туманы скрывали контуры трассы нефтепровода.

Я стоял на тридцатом километре, в точке соединения двух строящихся навстречу друг другу участков, и следил за приготовлениями к финальной стыковке.

Два огромных стальных змея, протянувшиеся с севера и юга, должны встретиться здесь, образуя единую артерию для нашей нефти. Последние пятнадцать метров на каждом конце оставались свободными. Их предстояло соединить с идеальной точностью.

— Как с выверкой осей? — спросил я Рихтера, стоявшего рядом с теодолитом.

Он поднял голову от прибора, бородка заиндевела от дыхания:

— Восточная секция выше на шесть миллиметров. Придется отрегулировать опоры. И осевое смещение около восьми миллиметров. Но это устранимо.

Шесть и восемь миллиметров… Для обычного человека ничтожные величины, но для инженера, соединяющего стальные трубы диаметром в треть метра, это серьезная проблема.

Вокруг нас кипела работа. Бригады Тимофеева и Шмакова подготавливали специальные приспособления — центраторы, гидравлические домкраты, распорки.

Сварщики во главе с Карповым проверяли оборудование, прокаливали электроды. Каждое движение выверено, каждый инструмент на своем месте.

— Товарищ Краснов, грунтовая опора восточного участка нестабильна, — подошел с докладом Кудряшов. — Начинается подвижка из-за оттепели.