Лин-зайка хмыкнула, задрала нос.

— Я тут по просьбе Мии.

— Я ничего такого не делал. — Кито все растирал темечко.

— Ага, я совсем дура по-твоему? У тебя до сих пор глаза зеленые.

Это была правда. После пожара, Кито так переусердствовал, что дух в его теле не слушался. Такое состояние называется обесточие. У всех одаренных оно проявляется по-разному. Кто-то едва дышит, кто-то может ходить и самостоятельно есть, а некоторые восстанавливаются за неделю. Худшие исходы — это смерть, или потеря способности пользоваться духом на неопределенный срок. Некоторые одаренные со слабыми духовыми каналами и вовсе лишались дара использовать дух. И хотя Кито знал, что доходить до обесточия одна из самых дурных затей, все же не сумел сдержаться.

— Никаких фокусов, понял? — снова рыкнула Дирза.

— Да понял, не кричи, тут больные.

— Где я? — раздался голос мужчины, которого осматривал Кито.

— Не напрягайтесь, — сказал он, — вы в Далай, вам ничего не угрожает.

— Моя жена, сын, они тут?

— Нет, но им на выручку отправился наш товарищ, она наверняка поможет.

Раненый поморщился, закрыл глаза.

Кито поглядел на ладони, снова попытался нащупать дух в теле, но понял, что он хоть и появился, его слушается не намерен. По зеленой ладони лин понял что его глаза опять засветились и быстро прикрыл макушку.

Дирза выдохнула, опустила занесенный кулак.

— Мне пора, — хмыкнула она, — я тебе не мамочка.

— А-ага.

Кито дождался, пока зайка уйдет. Потрогал лоб мужчины. Тот морщился какое-то время. — «Надеюсь, у Рю все хорошо…» — думал Кито. Через пару минут он все-таки приложил ладонь ко лбу больного. Зеленое свечение разгладило морщины на лице мужчины, он перестал потеть и смог нормально дышать.

Кито оттащил руку, словно та превратилась в желе.

— Вот бы тут был Мастер…

(северная часть Далай)

Тем же утром Дракончик вместе с Тощим шагали по улице мимо казарм.

— Гляди, опять он тут, — сказал Дракончик.

— Может, его попросила сестра? — предположил Хиджи.

— Неа, она же нам сказала с ребятней возиться.

— Тогда… сам решил?

— Да ток че за ней глядеть, как дурочка с палками целыми днями играется, — Дракончик потянулся, оставил руки на затылке. — Да и там Акида шастает, я бы туда не полез…

— Привет, — сказал Тощий, когда они подошли ближе к Тихому.

Птицелюд уже пятый день сидел на крыше здания напротив казарм и следил за Мией, с утра до вечера. Хотя Дракончик и Хиджи догадывались, что он сидит тут и по ночам.

Тихий лишь кивнул, не отводя взгляда от Кристы.

— Слышь, мы там хоть Майлин помогаем, — сказал Дракончик, — а ты тут просто штаны протираешь.

— Простите, — Тихий даже не шевелился.

— Мы не это имели в виду, — сказал Тощий.

— Понял.

— Слышь, ты сам додумался, или попросил кто? — спросил Дракончик.

— Сам.

— Ну и нафига?

— Я не знаю.

— А она знает? — спросил Хиджи.

Птицелюд кивнул.

— Да фиг с ним, пошли уже.

— Удачи, — сказал Тощий и пошел вслед за Дракончиком.

— И вам, — сказал птицелюд и наклонился вперед.

Акида вышел из Казарм.

Мия уронила палку, которую держала на кончике другой. С ее кончика соскочил зеленый шарик и растворился в траве. Капитан даже не посмотрел в ее сторону. Криста держала поклон, пока Акида не ушел.

Девушка быстро освоилась с первым заданием Акиды. Но пару дней назад он выдал ей новые палки. Та, что в руке была с круглым сечением, а та, которую надо было держать, заканчивалась овальной формой с обеих сторон, как птичье яйцо.

Капитан лично показал, что это возможно. С каменной миной бросил палки с шариком в воздух, словил без звука будто они склеились пока летели и удерживал минуту. Чтобы даже выстроить эту конструкцию, Мия делала десятки попыток. А когда удавалось, Криста не могла держать эту каракатицу в собранном виде и пару секунд. Обе палки были отполированы до зеркальной глади, отчего соскальзывали даже от сердцебиения, не говоря уже о дрожи в руках или ветре.

(Вечер того же дня, северо-восток провинции Далай)

В деревне, залитой дождями, в центральном доме, который принадлежал старосте разграбленной деревни, на кухне сидели трое.

— Говоришь, в одиночку одолела разбойников, — спросил крепкий мужик в капюшоне, его седые усы торчали по бокам как два моржовых бивня.

— Да, — ответил староста.

— Но там были еще трое, — сказал зверолюд с головой бульдога. — Когда мы возвращались, нашли тела.

— Какие?

Староста и пес переглянулись. Зверолюд сразу ощутил себя солдатом, как в прошлом. Хотя это и было много лет назад.