– Филиппушка! – сразу же сражает наповал голос Зинаиды Владимировны всех присутствующих в машине.

В зеркало заднего вида вижу выражение лица Кириллова, который не просто поджал губы и сделал лицо искренне извиняющегося человека, а простофилю, который перестал контролировать ситуацию.

– Да черт, - бубнит Филипп, пытаясь «выключить» мать, собравшись с мыслями, но из динамиков мы продолжаем слушать ее недовольный визг.

– Что это там твой китаец творит?! – разрывает Зинаиду Владимировну. – Нашу Аннушку цапает?!

– Да блин.., - бубнит Кириллов, судорожно тыча пальцем в экран телефона.

Происходит все это на скорости!

– Китайских задниц не хватает что ли?! – продолжает женщина орать на весь салон, отсутствуя в нем. – Ты ему скажи, что я этому зацеперу…

Выскакиваю вперед, просунувшись между двумя передними сиденьями, и просто поворачиваю выступающую круглую фиговину, делая звук тише.

Я не знаю, как эта штука работает, но по изумленному взгляду Филиппа понимаю, что он вообще растерялся.

В салоне тут же возникла тишина. Кириллов наконец-то сосредоточился и просто отключил звонок. Ну или его телефон перестал подставлять хозяина, сработав, как нужно.

Опускаюсь на свое место. Даже смотреть не хочу в сторону китайца и его переводчика. Я их взгляды сейчас просто не выдержу. Это же надо было так опозориться.

– Спасибо, родная, - слышу от Филиппа, видя в зеркало заднего вида его глаза.

В которых доброта и благодарность слились воедино. Но самое главное – меня поразила интонация Кириллова. Он так это задушевно произнес, что у меня даже сердце бешено заколотилось.

Ой-ей.

Помню я тот момент, когда оно так же колотилось…

Глава 19. Филипп

Ах, ты ж сморчок поганый…

Я тоже хорош. Дурак неотесанный.

Знал же, что эта китайская подделка под крутого бизнесмена любит у нас в стране всех баб ощупать. Знал! И даже бабу ему приготовил!

Но я же не думал, что он до такой степени урод!

У меня же как все было запланировано: сейчас мы с Анной его встречаем, обедаем с ним в ресторане, а дальше завозим в отель. Вроде как ему отдохнуть надо и все такое. Под всем таким «прикладываю» к нему нанятую девку, знающую китайский. Она ему ночь страстную устраивает. Подпаивает русской водкой, которую этот гад тоже любит, а утром мы с ним еще раз встречаемся, чтобы подписать нужные документы.

И не надо меня осуждать! Все так делают! Это нормальная схема для этого засранца!

Я все выяснил. Все. Вот только о том, что этот козел чужих жен за задницы щипает, мне никто не сказал…

И я еще бОльший кретин, решивший выяснить обстоятельства через мать!

Почему я прямо не спросил у Анны, в чем дело? Почему я ей напрямую не отправил сообщение?!

Побоялся. Разнервничался. Стыдно вроде как стало перед ней за мелкого узкоглазого щипача.

Анна – девушка далеко не из девиц, которые примут любое внимание мужчин. И уж тем более, не разменивается на деньги. Удивляюсь, как ее эти щипки за зад не расстроили. Уверен, что в глубине души ей очень обидно.

Унизили. Оскорбили. Это же надо было так подставить девчонку. Знал бы, никогда в жизни с собой не взял!

Оповещение на телефоне о пришедшем сообщении слегка отрезвляет и немного даже успокаивает.

«Аннушка пишет, что каждый такой щипок китайца будет стоить тебе пятьдесят тысяч рублей», - сообщает мать.

Смотрю в зеркало заднего вида, забывая, что я за рулем.

В него также смотрится Анна. Взгляд хитрющий. На лице легкая улыбка с дерзкой ноткой.

Ты смотри-ка, а девчонка-то не растерялась…

Это ж она сейчас только так подставлять свою пятую точку начнет…

Эээ, нееееет. Хватит с меня бесполезных трат! Одной Канары, второй деньги за мнимое оскорбление!

Подъезжаем к ресторану.

Я на взводе, и даже не скрываю этого.

Быстро выхожу из машины, забывая о китайце, открывая дверь своей жене.

– Благодарю, милый, - воркует Анна, подавая мне жеманно руку.

Беру руку в руку, второй не забывая приобнять жену за талию, немного сжав стройный бочок.

– В синяках уйдешь и без денег, если надумаешь больше заработать, - шепчу в ухо угрожающе.

Мои слова, как ушат холодной воды для Анны.

– Бить будешь? – смотрит на меня огромными глазами, в которых почему-то сейчас дикий страх.

– Щипать смачнее, - не время сейчас до откровенных разговоров. – А пальцы у меня, ох, какие.., - передергиваюсь, поймав внутри себя чувство вожделения, - … хваткие…

Ой, не надо было так хватать ее. Особенно сейчас. И ее напугал, и себя разогнал зазря.

Анна сразу меняется в лице. Вновь взгляд становится хитрым. Чтобы добить меня окончательно, девчонка закусывает нижнюю губу, которая сейчас в красной помаде…