– Так и общайся только со мной! – кричит дальше Поля, пытаясь сдерживать истерику. – Не трогай маму! Не бей ее!

– Да я и не собирался! – тоже повышает голос.

– Рот закрой! – рявкаю тут же. – Разговаривай с ребенком нормально.

Утырок опять тяжело вздыхает. Ему тоже стыдно. Стыдно за свое поведение. За уже совершенные ошибки.

– Поль, - тянет тихо. – Ты же дочь моя. Я с тобой видеться хочу. Хотя бы видеться.

Поля задумывается. Сглатывает слезы и отвечает, как взрослый человек:

– Потом. Когда подрасту.

Ее слова возымели эффект. Мужчина опустил голову.

– Ладно, - движется он в сторону забора.

– Ты куда? Калитка с другой стороны! – кричу вслед.

– Как пришел, так и уйду! – рявкает, не оборачиваясь.

Нам же остается только наблюдать, как этот придурок влезает на ствол достаточно рослой туи и перелезает через забор.

– Надо бы провод заряженный какой-нибудь протянуть по периметру, - бубню себе под нос.

Смотрю на своих дам.

– Спасибо, - благодарит Аня, говоря тихо. – Поля, пойдем, - зовет ребенка в дом.

Честно говоря, я думал, что они просто хотят успокоиться. И никак не ожидал, что буквально через час к дому подъедет такси. В этот раз машину вызвала Аня…

Глава 25. Филипп

– Раз-два-три… Раз-два-три.., - отсчитывает Виолетта Витальевна. – Поворооот…

Уже все действия автоматически выполняю. Завтра выступление. Жутко волнуюсь. Хочется все бросить и уйти. Нет сил терпеть такую несправедливость.

– Пап, старайся улыбаться, - просит ласково Поленька.

Стараюсь. Улыбаюсь.

И вот только за эти несколько слов, за этот тоненький детский голосок готов отдать все, что у меня есть.

Я ведь честно пытался защитить их. Поступал честно в отношении Ани. Не лез с грязными приставаниями. Да, бывало, что намекал на что-то большее между нами. Но Аня настолько была холодна со мной, что оставалось только заткнуться и дать ей время.

Назатыкался. Надавал ей время. Она взяла и уехала!

– Филипп, - смотрела Аня мне в глаза, когда я положил в машину чемодан ее и Поли, - спасибо тебе за все. Твоя помощь действительно неоценима. Но нам нужно возвращаться домой.

– Зачем? – спрашивал строго, поскольку натурально разозлился за ее поступок.

– Нам нужно жить своей жизнью. Отдельно, - говорила мне с дрожью в голосе. – Поля сильно к тебе привыкает. К Зинаиде Владимировне тоже. Нельзя так. Давай ограничимся выступлением в школе.

Да, выступление было через несколько дней. Зная прекрасно, что я еще увижусь с Аней за это время, отпустил тогда.

С одной стороны, я понимаю ее чувства. Она не хочет травмировать ребенка. Но с другой стороны, как-то все не так должно было закончиться.

Я понимаю, что мать преследовала какую-то свою цель, когда стала приближать Аню с Полей к себе. Но получилось то, что получилось.

Я привык! Я привык к ним!

Или не привык? Или что-то большее?

Аня с Полей уехали. Мама на следующий день понеслась следом за ними.

– Я не могу уже без них! – практически кричала она на мои доводы, оставить семью в покое. – Я обещала, что я так и останусь их бабушкой и свекровью!

– Без мужа? – смотрел на нее с удивлением.

– А за чем дело встало?! – смотрела на меня мать с удивлением.

Психанул и ушел. Не в силах себе признаться, что…

Что я просто дурак!

У меня была семья! В моем доме была семья! Живи и радуйся!

Нет же. Гордость. Обида. Ожидание чего-то большего от самой Ани! Да если бы она мне хоть намекнула, что я ей тоже небезразличен, я бы…

Уууух, как же я зол!

На себя. На мать, которая сделала себе комнату в моем доме, которая заказала мебель, шторы и кучу игрушек Полине, и просто съехала к ним! Она же теперь постоянно у них зависает. По вечерам, видите ли, ей неудобно ехать домой. Далеко. Ни к себе не уезжает, ни ко мне не возвращается! Напрягает то, что Аня ее готова принимать постоянно и всегда. А меня…

А я спрашивал вообще?!

– Поль, - решаюсь поговорить с Поленькой после репетиции, - а мама… что вообще говорит?

– Не знаю, - мотает головой в стороны. – Я ее только вечерами вижу. Она пытается работу найти. Целыми днями ходит. Я с бабушкой пока сижу в это время.

– А с бабушкой тебе нравится? – словно в надежде на обратное… или нет… спрашиваю.

– Очень! – улыбается Поля. – Мы с ней блины печем!

– Блины? – хмурю брови. – И сколько литров молока вы уже перевели? Про нормальные блины я даже спрашивать боюсь…